Книги в стеклянном шкафу были под запретом. Это значило, что у них больше могущества. Я открыл стеклянную дверь и присел на корточки, прислушиваясь к тихой мелодии, шёпоту голосов.
Ничего.
У меня не было времени на изучение каждой книги. Как выбрать? Многие были одеты в ткань, но некоторые – в кожу. Одна из них была в крапинку, как шкура: светло-коричневые и тёмные пятна. На корешке – что-то похожее на позвонки.
Я вытащил её и крепко прижал к себе, молясь без слов. Открыл её.
Чёрные значки были глубоко вжаты в плотную бумагу цвета гальки. Они маршировали прямыми рядами. Так упорядоченно. Так дисциплинированно. Так тихо…
Нелли говорила, что книги
Я закрыл книгу и открыл её снова. Прижал к уху.
В «пещере» Нелли смотрела на книгу сверху вниз, и я не слышал, как книга пела. Неужели голос такой тихий, что его не было слышно за голосом Нелли? Или книга каким-то образом передавала слова прямо в голову? Как Нелли просила её начать?
– Прошу, говори! – вежливо попросил я.
Может быть, история активизируется прикосновением? Я пролистнул несколько страниц. Затем остановился на одной и пробежался по строчкам пальцем. Некоторые значки стояли сами по себе, другие кучковались.
– Говори! – умолял я её громче.
Значки стали кружиться перед глазами. Книга пыталась скрыть их от меня? Я прижал их пальцем, но они продолжали двигаться. У меня было не много времени в запасе. Мне нужен быстрый ответ.
Я швырнул книгу на пол и схватил другую. Она также молчала – это какой-то заговор книг! Они самодовольно стояли на полках, набрав в рот воды. Эту книгу я тоже отбросил и выхватил другую, а за ней ещё одну. Они валялись на полу, дразня меня. Ответы на вопросы о моём превращении были прямо передо мной, но с таким же успехом они могли быть на дне океана.
Я схватил самую большую книгу на полке и сильно потряс, вынуждая начать рассказ:
– ГОВОРИ!
Дверь распахнулась и ударилась о стену.
Я развернулся, Нелли влетела в комнату. При виде разбросанных на полу книг, трясущихся в моих руках страниц её глаза сверкнули.
– Что ты делаешь? – закричала она. – Как ты сюда попал? Ты портишь дедушкины книги!
Моё лицо пылало. Злость и отчаяние комком стояли в горле. Я сжал челюсти, пытаясь сдержать в себе эти отвратительные чувства.
– Когда он вернётся… – ладони Нелли сжались в кулаки. – Почему ты не обратился ко мне? Почему…
– Они молчат!
Нелли замерла от потрясения.
– Книги, – сказал я. – Они разговаривают с тобой. Они поют тебе песни и делятся секретами – всё, что ты захочешь. Я просил их, но они не сказали мне ни одного, даже глупого, слова!
Нелли вперилась в меня очень странным пристальным взглядом. Наверное, она подумала, что я слабоумный. Она больше не захочет меня видеть. Я потерял Нелли и никогда не узнаю секреты книг, а значит, не смогу спасти маму…
– Это называется чтение, – сказала она. – Я покажу тебе, что надо делать.
Когда я вернулся, к моему удивлению, Мэгги притянула меня за плечи и обняла. Она, видимо, подумала, что я ушёл вчера ночью, пока она спала.
– Сколько… – сказал я, но остановился. Я хотел спросить у неё о календаре, о Джеке, о том, когда она позвонит тем людям, что забирают детей. Но решил, что, если я не произнесу слова, возможно, она не подумает об этом.
Слишком поздно.
– У нас есть ещё немного времени, – сказала Мэгги, и её глаза заблестели. Затем она пошла в ванную и очень долго умывалась.
На следующее утро мы с Нелли встретились в «пещере». Она принесла книгу с картинками животного под названием «медведь». Там почти не было чёрных значков. Я насмешливо посмотрел на неё. Что может рассказать такая книга?
Нелли показала пальцем на отдельно стоящий значок:
– Это маленькая буква «а», – она провела пальцем к центру кучки значков. – И это тоже.
Буква была той же формы: клюв, закручивающийся над круглым животом, как у отъевшегося буревестника.
Это были узоры! Мои глаза скользили по странице, и я находил одну «а» за другой.
Нелли кивнула:
– В английском алфавите двадцать шесть букв. Каждая может выглядеть двумя способами, значит, всего нужно выучить пятьдесят две формы. Затем запомним, как они звучат, а после этого – практика.
Я занимался с Нелли всё утро.
Я пришёл на следующий день и на последующий… Мне нужно было быстро выучиться, снова попасть к книгам и начать поиски. Я опасался, что в любой момент маму где-то могли поймать, ранить или запереть в клетке.
Те моменты, когда я не учился читать, мне необходимо было заполнить каким-то делом, иначе тревога буквально съедала меня изнутри. Поэтому я плавал. Прежде я плавал, чтобы исследовать. Теперь я плавал, чтобы стать сильнее. Я должен быть готов отправиться в путь в ту же секунду, как получу шкуру. А если Мэгги позовёт тех людей, что забирают детей, мне придётся плыть в длинноногом обличье. Я не позволю им лишить меня моря.
