Надсмотрщик толкнул барона в общую массу каторжников, приказывая драться со всеми, тот не удержался на ногах и упал. Затем неспешно поднялся, отряхнул рваную одежду и, не обращая внимания на приказ, направился в сторону барака. Надсмотрщику это не понравилось и он, достав кнут из-за пояса, с силой ударил Ивона, приказывая подчиниться, но тот упрямо отошел. Надсмотрщик зло сплюнул на землю, подошел к колодкам и запустил колбасой в каторжников, не заботясь о том, кому она достанется. Остальные начали возмущаться тем, что их лишили развлечения, но старший что-то сказал, показывая на побоище, рудник и бараки. Пьяные надсмотрщики взялись за плети и быстро разогнали народ по местам. На площадке перед входом в пещеру остался один Ивон. Его, недолго думая, заковали в колодки, оставив на ночь. Еще позубоскалив, унесли факелы и фонари со своего стола. Постепенно все разошлись, даже караульный, недолго помаявшись, куда-то убрался.
Эвиан осторожно достал драконье яйцо и установил его подальше от края скалы. Что там говорилось? Кровь поможет родиться дракону? Он достал нож и полоснул лезвием по ладони. Потекла черная в темноте кровь. Эвиан положил руку на яйцо, и то ощутимо нагрелось, потом начало меняться под его рукой. Через некоторое время что-то живое и горячее ткнулось в пальцы, и он отдернул руку. Зверь с ним рядом стремительно рос, пока не закрыл мерцающие звезды. Через несколько мгновений, он уже смотрел в янтарные глаза настоящего дракона, достаточно большого, чтобы понести на себе человека.
«Что тебе нужно от меня?» — беззвучно прозвучало в мыслях.
— Нужно забрать человека, там внизу, — шепнул Эвиан, указывая на Ивона. — И отнести нас к королю.
Дракон вздохнул, осторожно переступил лапами, стряхнув вниз несколько камешков и пригляделся, к площадке внизу. Несколько минут было тихо, потом огромный зверь повернул свою голову к князю и глаза их снова встретились.
«Покажи, куда вас отнести…»
Эвиан сосредоточился и представил дорогу, столицу и королевский дворец так, как запомнил их, когда они с отцом присягали еще юному монарху на верность.
«Я не могу лететь так далеко, — вздохнул дракон, и объяснил: — Магия привязывает к этим местам. Нам тяжело находиться в вашем мире, ваш источник почти иссяк, мы задыхаемся здесь…»
— Отнеси нас так далеко, насколько сможешь, — попросил Эвиан. — Я не прошу невозможного!
«Потом ты меня отпустишь…» — дракон не спрашивал, он утверждал.
— Да.
«Полезай на спину».
Дракон согнул одну лапу, чтобы удобнее было забираться. Шкура его была жесткой и горячей. Эвиан устроился поудобнее.
«Готов? Теперь держись покрепче!»
Князь прижался к нему и обхватил руками мощную шею. Мышцы перекатывались под шершавой шкурой, дракон мягко оттолкнулся от камня и бесшумно спланировал на площадку у рудника. Эвиан порадовался отсутствию сторожевых собак, которые могли перебудить всю округу, потом спрыгнул с его шеи и направился к Ивону. Тот ничего не видел в темноте, но ощутимо напрягся, услыхав чужие шаги.
Князь Древ склонился над замком, запирающим колодки. Это был крепкий замок, с толстой дужкой, а кольца колодок глубоко уходили в дерево, так просто их не вытащишь и не сломаешь. Барон стоял не шевелясь, крепко сжав кулаки, кажется, даже дышал через раз. На востоке небо начинало светлеть, следовало поторопиться. Провозившись с замком несколько минут, Эвиан тихо спросил:
— Ключ от замка не знаешь где?
Барон вздрогнул и медленно повернул голову.
— Ты? — недоверчиво выдохнул он.
— Нет, мое привидение. Ключ не знаешь где? — повторил Эвиан.
— Нам не докладывают, — фыркнул Ивон.
Он хотел еще что-то спросить, но дракон сделал несколько шагов, протянул лапу к замку и легко сломал его. Ивон чуть не вскрикнул от испуга и удивления, Эвиан вовремя зажал ему рот рукой.
— Тихо.
Барон уже справился с собой и молча кивнул. Князь открыл колодки и помог ему выпрямиться, а дракон пригнулся, подставляя плечо.
— Держись крепче! — скомандовал Эвиан, помогая забраться на спину волшебного спасителя.
Несмотря на свой рост, зверь мягко и бесшумно отошел ко входу в рудник, взмахивая крыльями, сделал несколько шагов для разгона, могучим прыжком оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Оглянувшись на каторгу, Ивон увидел, как один из надсмотрщиков вышел отлить, да так и застыл, с открытым ртом глядя на дракона, а по его штанам растеклось темное пятно. Ночь закончилась, на сером небе светлели и медленно гасли звезды.
Ивону все казалось, что он спит и в любой момент проснется от крика надсмотрщика или удара плетью, его снова отправят ломать камни в поисках рудной жилы. Он несколько раз ущипнул себя до боли, но сон не пропал. Значит, это правда? Он свободен и летит на живом драконе? Его переполняло ликование, на языке вертелась тысяча вопросов, но задавать их барон не мог — встречный ветер забивал рот и заглушал любые звуки, кроме мерного хлопанья огромных кожаных крыльев.
