Прежде, чем их повесят полностью

— Всё развивается намного быстрее, наставник, если можно так сказать. С тех пор, как были открыты ворота Верхнего Города, производительность туземцев увеличилась втрое! Ров вырыт ниже уровня моря через весь полуостров, и каждый день углубляется! Лишь узкие плотины удерживают воду с каждого конца, и по вашему приказу он будет затоплен! — Виссбрук сел на место с довольной улыбкой на пухлом лице. Словно всё это было его идеей.

Под ними, в Верхнем Городе, начинались утренние песнопения. Странные завывания, которые неслись от шпилей Великого Храма, летели надо всей Дагоской и попадали в каждое здание, даже сюда, в зал совещаний Цитадели. Кадия зовёт свой народ на молитву.

Губы Вюрмса от этого звука скривились.

— Что, опять?? Проклятые туземцы со своими чёртовыми суевериями! Не надо было позволять им возвращаться в их храм! Будь прокляты их завывания, у меня от них голова болит!

Только ради этого стоило вернуть храм местным. Глокта ухмыльнулся.

— Если Кадия будет доволен, то вашу головную боль я переживу. Нравится вам это или нет, но нам нужны местные жители, а они любят петь. Привыкайте, вот мой вам совет. Или намотайте одеяло на голову.

Пока Вюрмс дулся, Виссбрук откинулся на кресле и слушал.

— Должен признать, что нахожу этот звук довольно успокаивающим, и нельзя отрицать эффект от уступок наставника, которые он сделал туземцам. С их помощью восстановлены внешние стены, заменены ворота, и уже убирают леса. Для новых парапетов приобретён камень, ах, и здесь у нас проблема, каменщики отказываются дальше работать без денег. Мои солдаты уже получают лишь четверть жалования, и боевой дух низок. Долги — это проблема, наставник.

— Я бы тоже так сказал, — сердито пробормотал Вюрмс. — Амбары уже почти забиты, и в Нижнем Городе выкопаны два новых и очень дорогих колодца, но мой кредит уже полностью истощён. Торговцы зерном уже жаждут моей крови! — Я бы сказал, чертовски не настолько страстно, как каждый торговец этого города жаждет моей. — Я из-за их криков уже лицо показать не могу. Наставник, моя репутация в опасности!

Как будто у меня нет забот побольше, чем репутация этого болвана.

— Сколько мы должны?

Вюрмс нахмурился.

— За еду, воду и основное снаряжение, не меньше сотни тысяч. — Сотни тысяч? Торговцы пряностями любят деньги, но намного сильнее они ненавидят их тратить. Эйдер и половину не сможет достать, даже если решит попробовать.

— А у вас, генерал?

— Жалование наёмников, ров, восстановление стен, новое оружие, доспехи, амуниция… — Виссбрук надул щеки. — В целом почти четыре сотни тысяч марок.

Глокта изо всех сил постарался не проглотить свой язык. Полмиллиона? Златые горы. Сомневаюсь, что Сульт мог бы столько обеспечить, даже если бы хотел, а он не хочет. Люди всё время умирают за куда меньшие долги.

— Всё равно работайте, сколько сможете. Обещайте что угодно. Уверяю вас, деньги уже в пути.