— Этот мир испорчен, детка, — тихо напоминаю я, и ее глаза наполняются слезами. — Она — причина, по которой мы с Майлзом пошли к ФБР, почему Далтон стал адвокатом, и почему Клэй вкладывает все силы, помогая женщинам, которые, возможно, попали в ловушку жизни и думают, что не смогут из нее выбраться.
— Значит, она живет через всех вас, — мягко говорит она, и у меня перехватывает горло.
— Я никогда не думал об этом так, но, да, полагаю, это верно.
— Мне жаль, что вы ее потеряли. — Она касается моей щеки, и я беру ее за руку и целую ладонь.
— Мне тоже, — шепчу я, и на ее лице появляется странное выражение, затем ее глаза округляются. — Что?
— Он… он только что помочился на меня, — бормочет Миранда, зажмурившись.
— Что? — Я хмурюсь.
— Он только что помочился на меня.
— О, нет, — шепчет Кингстон, поднимая голову, и Миранда смеется.
— Все в порядке, милый. Это случайность, — уверяет она его, и я усмехаюсь, вставая с кровати, а потом поднимаю сонного Кингстона с его мамы.
И вот так наступает еще одно утро хаоса, которое включает в себя то, что Кингстон отправляется в душ, мы меняем простыни на кровати, затем все вместе завтракаем и втроем уходим по своим делам. И во время всего этого я ни разу не пожалел, что не оказался где-то еще.
— Беккет, Тэтчер, мне нужно поговорить с вами в моем кабинете! — кричит из своего кабинета заместитель начальника Стедман, и мы с Майлзом переглядываемся, прежде чем встать.
— Ты в курсе, о чем речь? — спрашивает Майлз, и я качаю головой, пока мы идем к кабинету.
— Закройте дверь, — приказывает Стедман.
Я закрываю дверь и встаю, опустив руки по бокам, а Майлз садится напротив заместителя. Скрестив руки на большом животе, его взгляд перемещается между нами.
— Мне только что звонил пастор Грин, — говорит он, и я морщусь. — Он обеспокоен, и я тоже.
— Шеф…
— У вас есть доказательства, подтверждающие выдвинутые вами обвинения?
— Мы не выдвигали никаких обвинений. Мы в процессе расследования убийства. У нас есть основания полагать, что у племянника пастора Грина, Стивена Грина, имеется информация, которая поможет в закрытии дела, но когда мы попросили его прийти в участок, он сразу же обратился к адвокату, — объясняет Майлз, и лицо Стедмана начинает краснеть.
— Пока у вас не будет доказательств, что он сделал что-то не так, я ожидаю, что вы от него отстанете, — выдавливает он, и я сжимаю зубы. — Я знаю пастора Грина и его семью много лет. Это хорошие, добропорядочные люди, которые делают великие дела на благо сообщества и этого города. Им не нужно, чтобы вы бросали тень на них и на церковь.
— Если вы не возражаете, я хотел бы поговорить об этой ситуации с шерифом Маршалом, — вмешиваюсь я, и его взгляд упирается в меня.
— Шериф Маршалл в отпуске следующие две недели. Я здесь главный, Беккет, и я говорю тебе нахрен отстать, — рычит он.
Я резко киваю, давая ему понять, что слышал его громко и отчетливо.
— Вы оба отстранены, — заявляет он.
Я поворачиваюсь, чтобы открыть дверь, и чувствую, что Майлз стоит прямо у меня за спиной.
— Беккет, Тэтчер, — окликает он, и мы оба останавливаемся, чтобы посмотреть на него. — Если найдете какие-то доказательства, я ожидаю, что вы представите их мне, прежде чем пойти дальше.
— Понятно, — яростно отрезаю я, мне трудно сохранять голос спокойным и контролировать эмоции.
Закрыв за собой дверь, я направляюсь к своему столу и беру пистолет, который лежит вместе с ключами. Глядя на Майлза, вижу, как он надевает пиджак, и в ту секунду, когда наши взгляды встречаются, он кивает мне, и мы направляемся к выходу из участка. Не обращая внимания на взгляды в нашу сторону, мы покидаем здание и идем по улице к тому месту, где припаркован мой внедорожник, и оба забираемся внутрь.
— Какого хрена это было? — рявкает брат, когда я завожу двигатель. — Никогда не слышал, чтобы полицейский — заместитель начальника или нет — вставал между детективом и потенциальным подозреваемым в расследовании убийства.
— Давай позвоним Акселю. Мне нужна вся информация о Стедмане, которую он может нам предоставить.
— Наши мысли сходятся, — говорит он, прижимая сотовый к уху, когда я выезжаю с парковочного места.
К тому времени, когда разговор завершается, Аксель проникается к Стедману тем же любопытством, что и мы, а я достаточно остыл, чтобы вернуться в участок. Но вернувшись к своему столу, я уделяю гораздо больше внимания тому, кто находится рядом со Стедманом, и отмечаю это на будущее. Что-то мне подсказывает, что, возможно, мы только что наткнулись на шкаф со спрятанными скелетами.
