Прежде чем он коснётся полностью

Они вышли на тротуар. Город просыпался, и на дороге появлялось всё больше машин. Большинство из них направлялось в Ричмонд на работу, не подозревая, что кто-то среди них убивал слепых людей.

Пока они шли, Макензи подумала, что могла бы проверить ту единственную связь, которую нашла между предыдущими двумя жертвами: «Мисс Шелдон, вы не знаете, посещал ли Уэйн библиотеку для слепых в Ричмонде?»

«Туда ходит большинство наших подопечных, – ответила она. – У нас живут двадцать человек, и могу сказать, что как минимум четырнадцать из них часто посещают эту библиотеку. Точно могу сказать, что время от времени туда ходил и Уэйн. Почти уверена, что он был там и в этом месяце».

Макензи и Эллингтон многозначительно переглянулись.

«Возможно, убийца использует библиотеку, как место для охоты, – подумала она. – Возможно, там он находит своих жертв. Но если так, то как нам, чёрт возьми, найти его среди посетителей?»

Теория была притянутой за уши, но пока Макензи не хотела от неё отказываться: «Я могу позвонить Сэму Батисте и попросить его составить для меня список книг, которые недавно брали на дом наши жертвы…»

Размышляя об этом, она заметила впереди две патрульные машины. На тротуаре стояли три офицера. Проблесковые маячки на крышах машин были включены.

«Здесь его нашли, – сказала Генриетта. Она прошла ещё несколько шагов, а потом опёрлась о стену здания на углу переулка – это был маленький магазин, который ещё не открылся. – Я останусь здесь, если вы не против. Не могу туда идти. От одной мысли о произошедшем мне становится страшно».

Уважая её желание, Макензи и Эллингтон пошли по переулку одни. Встретившись взглядом с полицейскими, они показали им удостоверения и представились. Никто не предложил помощи – полицейские просто отошли в сторону, позволив гостям-агентам делать свою работу.

«Где именно нашли тело?» – обернувшись через плечо, спросила Макензи.

Молодая женщина-полицейский подошла ближе и указала на место в нескольких метрах впереди, рядом со стеной магазина. На бирке с фамилией было написано «Картер».

«Там, – сказала Картер. – Насколько я знаю, убитый полусидел у стены».

Макензи подошла к стене и внимательно посмотрела на кирпичи и мостовую. Она не увидела ни капель крови, ни следов борьбы. Она посмотрела на короткий переулок и не увидела ничего примечательного. Хотя, возможно, отсутствие примечательного, было само по себе примечательно.

«Кеннета Эйбла нашли в шкафу, в собственной комнате, в здании.

Эллис Риджвей нашли в общественном саду в полумиле от приюта «Уэйкман».

А теперь Уэйн Невинс, убитый в двух кварталах от приюта «Мэри Денбридж».

Убийца знает местность. Он знает расписание и распорядок дня жертв; по крайней мере, мы можем так думать, говоря об Эллис и Уэйне. Знал ли убийца, что Уэйн приходит сюда, чтобы послушать церковный хор? Знал ли он, что Эллис была частой посетительницей цветочного сада?»

Чего-то не хватало. Она что-то упускала.

«И сейчас, и в случае с Эллис и, исходя из того, что мы знаем, в случае Кеннета отсутствуют следы борьбы. Более того, велика вероятность, что Кеннета убили прямо у него в комнате.

Либо убийца двигается до удивления бесшумно… либо он знает жертв. Могу даже предположить, что ему доверяют. Возможно, жертвы не видели в нём угрозы».

Макензи вышла из переулка и оглядела улицу в оба конца. Если она верно ориентировалась, чтобы вернуться в приют, необходимо было пройти несколько кварталов вверх и свернуть направо. Она посмотрела назад в сторону церкви. Сейчас её видно не было, но Макензи могла легко оценить, на каком расстоянии от этого места та находилась.

«Уэйн гулял один, – думала она, – что довольно смело для незрячего человека. Скорее всего, с собой у него была трость или, возможно, собака-поводырь».