Решение о том, чтобы съехаться, было значительным прогрессом в наших отношениях, причем, как ни странно, предложение исходило от Эда.
– Я столько времени провожу в вашей квартире, словно мы уже живем вместе, – в один прекрасный день заявил Эд, когда мы, лежа рядышком на диване, смотрели телевизор.
– Э-э-э? – Я прослушала, о чем он говорил.
– Тогда почему бы нам этого не сделать?
Я нахмурилась, пытаясь уловить предмет разговора. Речь явно шла о чем-то серьезном.
– Не сделать что? – Я повернулась к нему лицом, ожидая объяснений.
– Мы могли бы… ну, ты понимаешь, – замялся Эд. – Перебраться куда-нибудь вместе.
Эд, избегая смотреть мне в глаза, теребил несуществующую нитку на джинсах. Он не отличался особой стеснительностью, а потому можно было понять, каких титанических усилий ему это стоило. И я решила облегчить задачу:
– Эдвард Уильямс, ты что, предлагаешь жить вместе?
– Хм, я просто подумал, может, нам будет проще… ну, ты понимаешь… и в самом деле съехаться, – пожал плечами Эд.
Я немного помолчала, переваривая его слова.
– Проще?
– Ну да. – Эд снова пожал плечами. – Не придется болтаться туда-сюда между нашими домами. И все вещи будут в одном месте. Ну и вообще это будет здорово.
Не выдержав, я расплылась в широкой улыбке:
– Да, это будет здорово. Даже больше того. Это будет потрясающе. Эд, я с удовольствием!
Итак, мы провели в поисках квартиры несколько недель, обшарив весь север Лондона – начиная с грязных улочек Тоттенхэма и кончая тенистыми аллеями Хэмпстеда, где мы могли позволить себе арендовать разве что коробку для обуви, и в конце концов остановились на районе Крауч-Энд, возле Александра-паласа. И только после этого рискнули огорошить Джейн.
– Значит, бросаете меня, да? – Джейн напустила на себя грозный вид.
Но я знала, что она придуривается; более того, когда мы наконец нашли квартиру, Джейн даже выставила нам бутылочку просекко – отметить радостное событие.
И вот этот день настал, и я заново переживаю его. Тогда я была на седьмом небе от счастья, но сейчас к ощущению счастья примешивается некая нервозность.
Джейн, расхаживая взад-вперед по кухне нашей крохотной квартирки в Тафнелл-Парке, готовит кофе. Я наблюдаю за ней с затаенной улыбкой. Все эти годы мне не хватало общества Джейн, не хватало легкости совместного бытия. Обернувшись, она ловит мой взгляд:
– Все в порядке?
– Да, замечательно. Я буду по тебе скучать.
Она театрально вздыхает:
– Ага, и я тоже. Честное слово. – Я собираюсь ей сказать, что мне ужасно жаль, но она перебивает меня вопросом: – Сдобную лепешку?
– Угу, с удовольствием.
Положив лепешку в тостер, Джейн лукаво улыбается:
– Спорим, твой Эд не будет ухаживать за тобой так хорошо, как я. Уверена, что не хочешь остаться? – Она комично надувает губы.
– Ну, предложение, конечно, заманчивое… Да-да, продолжай. Я сейчас позвоню Эду, скажу, что передумала.
– Представляю, что тогда будет. Он меня сразу убьет!
Лепешка выскакивает из тостера, Джейн намазывает ее маслом и протягивает мне.
– Спасибо. Мм… Эта девчонка делает бесподобные лепешки. В один прекрасный день ты станешь образцовой женой.
– Ой, заткнись, ради бога! – Джейн бросает в меня мокрый чайный пакетик. Я уклоняюсь, пакетик падает на диван за моей спиной, и Джейн со смехом говорит: – Ха, пропал твой задаток! Кстати, а когда прибывает фургон?
– Около двенадцати.
Я обвожу глазами комнату – проверить, все ли упаковано. И изо всех сил напрягаю мозги, пытаясь вспомнить, кто въедет в мою освободившуюся комнату. Ведь Джейн может показаться странным, если я об этом не упомяну. Неожиданно в памяти всплывает имя Рут. Эта чудаковатая девица поселилась в нашей квартире, но через пару недель вылетела оттуда как пробка, когда Джейн обнаружила, что новая жиличка таскает у нее из кошелька деньги. Меня гложет чувство вины, но я старательно пытаюсь отмахнуться.
– А когда приезжает Рут?
– Завтра. Надеюсь, она не окажется законченной неудачницей.
Увидев, что я молчу, Джейн тотчас же настораживается:
– Эй?! Ты что-нибудь о ней знаешь?
– Не смеши меня. Откуда? – Мои слова звучат не слишком уверенно, и Джейн бросает на меня удивленный взгляд. – Просто… ну, просто будь поосторожнее. Ведь никогда не знаешь, не окажется ли одинокая белая женщина скрытой психопаткой?
– Ой, спасибо тебе большое. Ты мне здорово помогла.
– Ладно. – Пожалуй, пора сменить тему. – Мне пора собираться. Спасибо за завтрак. – Я соскакиваю с табурета и с кружкой чая в руке направляюсь в ванную.
Оказавшись перед зеркалом, я рассматриваю свое отражение. Волосы светлые, коротко подстриженные, с аккуратной челкой. С этой прической я какая-то другая, но зато выгляжу гораздо моложе. Мне, должно быть… сколько? Двадцать шесть? А выгляжу на тринадцать.
Я принимаю душ и беру со стула приготовленную накануне одежду. Одевшись, я начинаю перетаскивать коробки в переднюю. Джейн нигде не видно, но я слышу шум воды в ванной.
И вот наконец в полдень в нанятом для перевозки фургоне приезжает Эд. Очень довольный собой, он взбегает по лестнице и врывается в квартиру.
– Ты какой-то не такой, а? – спрашиваю я.
