Телефон отключается, я прибавляю шагу, чтобы поскорей забрать машину. Когда я наконец сажусь в нее, то уже мокрая как мышь и едва дышу, но мне все равно. Сейчас самое главное – доехать до места и забрать Эда домой. Судя по его голосу, он явно теряется в догадках, что на меня сегодня нашло и почему я горю желанием за ним заехать. Но это все ерунда. Единственное, что имеет значение, – его безопасность. И кто знает, может, когда-нибудь, если мне удастся помочь Эду пережить сегодняшний день, я смогу ему все объяснить. Но сейчас он должен просто мне довериться.
Движение транспорта затруднено, и у меня уходит почти полтора часа, чтобы добраться до того места, где я высадила Эда этим утром. Я рассчитываю, что Эд уже стоит и ждет меня, но его нигде не видно. У меня сдавливает грудь, я начинаю задыхаться.
«Не глупи, он наверняка еще в саду», – уговариваю я себя. Но мне не заглушить сосущее чувство внутри. Я бросаю машину на желтой линии и бегу по дорожке, озираясь по сторонам. Сердце стучит как сумасшедшее, я задыхаюсь от адской жары, мне становится страшно, у меня кружится голова, и я останавливаюсь, бессильно свесив руки.
– Зои?
Одно-единственное слово, но оно приводит меня в чувство. Жадно глотая ртом воздух, я выпрямляюсь и оглядываюсь. И вот он, мой Эд, совсем рядом. Он стоит на дорожке, все в тех же обрезанных шортах и футболке. Он очень загорелый и выглядит вполне здоровым, точь-в-точь как сегодня утром. В это трудно поверить, но именно так он выглядел в тот первый раз, когда его сбил автобус. Он кажется таким живым.
Впрочем, на сей раз так оно и есть.
С замиранием сердца я смотрю, как Эд приближается ко мне. Он улыбается, и я бросаюсь ему на шею, практически сбивая с ног. Я приникаю к нему всем телом, мои слезы смешиваются с его по́том, а я мысленно клянусь, что он теперь навсегда останется со мной.
– Эй, что с тобой? Что случилось? – Ему трудно говорить, ведь он стоит, уткнувшись мне в волосы, но я не разжимаю объятий.
Я держу Эда мертвой хваткой, вдыхаю его запах, ощущаю тепло его кожи, биение его сердца. Да, после всего, что произошло за последние несколько дней, недель, лет, которые мне пришлось прожить заново, я наконец сделала это, хотя мне и не верится.
Я спасла его.
И вот наконец я отпускаю Эда. Он явно смущен и растерян. Я вытираю лицо ребром ладони и шмыгаю носом. Вид у меня, наверное, такой, что краше в гроб кладут.
– Прости.
Эд бросает на меня удивленный взгляд:
– Зо, что происходит? Утром ты не хотела меня отпускать. Я был на работе всего несколько часов, а ты ведешь себя так, будто мы не виделись целую вечность. Если честно, я в замешательстве.
– Я просто очень соскучилась по тебе. – Жалкое оправдание, но ничего лучшего мне не придумать.
– Ты уверена?
Я молча киваю, в очередной раз шмыгая носом.
Эд испытующе смотрит на меня, мое лицо пылает под его пристальным взглядом. В конце концов он отводит глаза.
– Я насквозь пропотел. Поехали домой. – Эд направляется к машине, но, словно передумав, останавливается и осторожно берет меня двумя пальцами за подбородок. – Скажи, с тобой действительно все в порядке?
– У меня все отлично. Правда. – Мой голос сейчас больше похож на писк, но надеюсь, Эд ничего не заметил. – Ладно, поехали.
На обратном пути мы почти не разговариваем, тишину заполняет тихое бормотание радио. Мне так много нужно сказать, что я не знаю, с чего начать. И я вспоминаю те дни, что мне довелось прожить заново, вещи, которые пыталась изменить. До настоящего момента мне казалось, будто мои усилия напрасны, но сейчас я начинаю понимать, что все это шаг за шагом вело нас к сегодняшнему дню. Дню, когда я должна была изменить ход событий.
Я бросаю взгляд на часы. Три часа дня. В прошлый раз Эд был уже давно мертв.
Судьба предоставила мне шанс спасти Эда, и я сделала это.
Меня колотит, но я приказываю непослушному сердцу успокоиться. Лучи солнца проникают сквозь лобовое стекло, я покрываюсь испариной и пытаюсь унять дрожь в руках.
И вот наконец мы подъезжаем к дому. Когда мы оказываемся в прохладных недрах квартиры, я стараюсь вести себя как ни в чем не бывало.
– Мне нужно в душ. Хочешь пойти первым?
– Если ты не против. А то я похож на трубочиста. – Эд показывает мне грязные руки с черными ногтями и добавляет: – Спасибо, дорогая. Я быстро. – Он чмокает меня в лоб и идет в ванную, на ходу раздеваясь.
Секундой позже я слышу звук льющейся воды и позволяю себе расслабиться. Похоже, еще немного – и я потеряю сознание. Я поспешно сажусь на диван и откидываю голову назад.
Проглотив слезы, закрываю глаза, усталость внезапно берет свое.
– Эй! – Голос Эда приводит меня в чувство, я поспешно выпрямляюсь.
Он уже успел одеться, капли воды стекают по шее, задерживаясь на ключицах. Мне ужасно хочется слизнуть их.
Эд целует меня в губы и улыбается:
– Я рад, что уже дома.
– Я тоже.
– Так что там у тебя за хорошие новости? – после небольшой паузы спрашивает Эд.
– Что?
– Хорошие новости. Насчет работы.
Боже, я напрочь об этом забыла!
