– Я подумываю кое-что поменять там, если ты не против, – продолжила я. – Сделать небольшой ремонт, превратить павильон в свой уголок. Я тут смотрела видео одной женщины, отличного дизайнера по имени Иви Кинг. Она очень подробно описывает процесс, и я уверена, что смогу привести это место в порядок.
– И для чего ты собираешься его использовать? – спросил он.
– Ну, я же говорила тебе, что мне очень нравится рисовать и заниматься графическим дизайном. Я могла бы превратить павильон в свое маленькое рабочее пространство. У меня уже есть айпад, ноутбук. Но только я бы больше не использовала слово «Павильон». Мне не нравится такое название. Пусть лучше будет «Убежище Самиры» или как-то в этом роде.
Роланд усмехнулся и распахнул мне объятия:
– Очень тебе подходит.
Он сжал меня длинными мускулистыми руками, и я положила голову ему на грудь.
– Делай с павильоном что хочешь, Самира, – сказал он и поцеловал меня в макушку. – Вещи Мелани не могут оставаться там вечно. И я знаю, что ты распорядишься ими как нельзя лучше.
– Я обо всем позабочусь.
Я решила подождать с уборкой и сортировкой вещей в павильоне до выходных. Все еще шел снег, но к выходным он почти прекратился, и после нескольких дней серости на небе наконец появилось солнце.
Я попросила Дилана отвезти меня за покупками в город, и он сразу согласился.
– Зачем мы покупаем мусорные пакеты? – спросил он, когда мы оказались в теплом магазине.
Ослабив узел шарфа, он осматривался, пока я катила тележку.
– Я убираюсь в павильоне Мелани. – Толкнув тележку, я направилась к проходу между полками.
– И что, Роланд не против? – спросил Дилан, идя следом за мной.
– Не против, – пожала плечами я, – он разрешил. Наведу порядок, чтобы сделать там для себя рабочее пространство.
Я задержалась, чтобы рассмотреть пакеты емкостью в один галлон, а Дилан переминался с ноги на ногу рядом.
– Слишком много работы. Надо сжечь его, да и все, – сказал он с нервным смехом.
Я перевела глаза на него, но он не смотрел в мою сторону. Его взгляд был направлен куда-то мимо меня – он погрузился в свои мысли.
Когда я вышла у особняка, Дилан сразу уехал, что меня удивило: обычно он заходил поболтать и даже иногда обедал с нами. Роланд в это время разговаривал по телефону, поэтому я, не снимая тренча, собрала сумки и вышла через раздвижные стеклянные двери, чтобы попасть на террасу на заднем дворе. На мне был толстый бежевый свитер, шарф, легинсы и резиновые сапоги в горошек. Отсюда павильон хорошо просматривался: бордовый цвет резко выделялся на фоне голых ветвей и зеленых сосен вдали. Казалось, путь до постройки долог, но на самом деле потребуется лишь короткая прогулка. Павильон стоял примерно в тридцати ярдах от особняка. Мне нравилось, что он расположен не очень близко. Это давало чувство уединенности.
Сойдя с террасы, я ступила на талый снег, чувствуя, как теплые лучи солнца ласкают мои холодные щеки.
Шагая по тропинке к павильону, я слушала, как под сапогами хрустит галька. Я приближалась, взгляд зацепился за замерзшие комочки снега на ветках деревьев, и сердце забилось быстрее.
Я сглотнула, сделала вдох и не останавливалась, пока не оказалась прямо перед коричневой дверью. Золотистая ручка поржавела, а краска на створке выцвела. На ступеньке лежал коричневый коврик со словами: «Надеюсь, вы принесли вино».
Встав на коврик, я взялась за ручку. Разболтанная, она шаталась. Слегка повернув ее, я открыла дверь. Петли громко заскрипели: дверь явно долго не использовалась. Оказавшись внутри, я поняла, что в целом пол из твердых пород дерева в отличном состоянии – замечательная новость. Иви всегда говорила, что оценка пола – одна из самых важных вещей при ремонте. В некоторых местах на полу была заметна плесень и дыры.
Я закрыла за собой дверь и увидела повсюду коробки, корзины и контейнеры, в том числе на г-образном столе. Перед столом обнаружилось светло-зеленое кресло на колесиках, покрытое слоем пыли. У восточной стены пристроился стеллаж, забитый книгами. Позади меня были два окна, которые давали достаточно света. В воздухе плыли пылинки, некоторые из них двигались вслед за мной. Подняв глаза, я увидела простую медную люстру.
Я улыбнулась. Не так уж плохо. От Мелани, похоже, осталось немного вещей – ну, не так много, как я думала. По меньшей мере пятнадцать коробок и контейнеров, больших и маленьких. Я протиснулась между ними к встроенному обогревателю, который заметила у стены. Обогреватель с ревом ожил – я помахала рукой над вентиляционными отверстиями, пока воздух нагревался, и улыбнулась, почувствовав наконец тепло. Развернув шарф, пробралась через коробки и повесила его на один из прибитых крючков у двери.
Ни на одной из упаковок не было этикеток, – скорее всего, придется пересмотреть все, чтобы решить, что делать с наследством Мелани.
В ближайшей ко мне коробке оказались платья, юбки и несколько шелковых блузок. В коробке под ней – то же самое. Одежда лежала и в нескольких коробках поменьше. Еще в одной были украшения, шарфы и сумочки. Таким образом, все коробки слева заполняли одежда и украшения.
