Есть не хотелось совершенно. Уже две недели я думала только о том, как мы трахаемся до потери сознания. Как я скачу на нем верхом, пока он не кончит. Как он хочет меня снова и снова. Иногда накатывал стыд за то, что мой разум погряз в этих грязных, развратных мыслях.
Но возможно, Дилан прав насчет меня. В каком-то смысле я похожа на Майли. У меня тоже склонность к зависимости, только речь не о наркотиках или алкоголе. Я одержима сексом и вниманием. Не могу насытиться ими и, как только кто-то проявляет ко мне интерес, высасываю его досуха, пока не становится скучно. Дилан прав. Целиком и полностью прав.
Вместо того чтобы ужинать, мы поднялись на чердак и потрахались.
Потом потрахались снова.
Мы трахались каждый день, пока не вернулся мой муж: на кухне, в маленькой гостиной, в комнате для расслабления, в супружеской спальне и даже в нашем с Роландом душе. А потом я затащила в постель и мужа, причем кричала так, чтобы Дилан точно услышал и заревновал. На следующий день Роланд ушел на поле, и Дилан при первой же возможности схватил меня за руку и затащил в ближайшую гардеробную; там он придушил меня и трахнул так, словно я принадлежала только ему.
Это было грешно, вероломно, совершенно абсурдно… Но я не могла остановиться. Потому что впервые с тех пор, как вышла замуж, я действительно почувствовала, что живу. Но затем, четыре месяца спустя, все изменилось.
Роланд попал в аварию.
<p>42</p>Роланд, к счастью, остался жив, но травмы оказались серьезными – врачи предупредили, что на восстановление потребуются месяцы.
Вначале я даже была рада, что Роланд больше времени проводит дома. Он сломал руку и большую берцовую кость, и потому мне приходилось во многом помогать ему. Я не возражала. Даже радовалась, что он обращается ко мне. Время от времени он звал Дилана, но реже. Думаю, Роланд не хотел выглядеть слабым перед Диланом, – наверное, дело в мужской гордости. Об этом я не спрашивала.
Дни превращались в недели, и я заметила, что Роланд меняется. В нем появилась какая-то озлобленность. Авария случилась прямо перед важным матчем чемпионата. Роланд чувствовал, что может победить, я тоже в этом не сомневалась, но из-за пропуска игр муж остался без трофея. И как это всегда бывает, компании расторгли с ним рекламные контракты и бросились к новому чемпиону.
Вскоре Роланд злился на весь мир.
Злился на свою сломанную руку.
Злился на врезавшегося в его машину водителя, из-за которого получил травмы.
Злился из-за того, что я недостаточно подогрела суп.
