То что у Максима была крайне тяжелая семейная полоса в жизни, я был в курсе. Ситуация на самом деле банальная. Жена застала мужа с любовницей в каком-то дешевом отеле, устроив грандиозный скандал со слезами и истерикой. Как зачастую это бывает. Катастрофа. Правда, Доронин переживал, но надеялся на прощение жены. Даже машину ей новую заказал. А тут такой сюрприз. Вот умеют женщины удивить. Я всегда это знал. Правда, признаться от Инги такого выпада не ожидал. Она всегда казалась мне тихой, скромной, добродушной, желающей помочь, всегда поддерживающей и обожающей мужа. Причем во всем. Близкого общения у нас как-то не состоялась, но впечатление она именно такое производила. С ней встречались пару раз на днях рождениях у Макса, но не более. В основном наши посиделки были чисто мужские. Ну, иногда разбавляли нашу компанию девочки. Не помню, чтобы друг с кем-то мутил. Втихаря. Шалун, твою мать. Позиционировал себя, как примерный семьянин. В общем, я был уверен: простит она его. Он же ее любимый Максимушка. Видимо не простила, а и может цену себе набивает. В воспитательных целях мужа маринует.
— И? — скрестил руки на груди, показывая все свое внимание. — Посмеяться, поплакать, а может поздравить тебя?
— Очень, смешно Загорский, — скривился Максим. — Она заявила, что хочет раздела имущества по брачному договору, а ты же помнишь что в нем.
— Помню, — согласился я, и так нестерпимо захотелось дружку подзатыльник отвесить. — Так ты сам подписал его, в обмен на хорошие денежные дотации от тестя. Папа подстраховался за свои деньги и за дочь. По сути — поступил не глупо. Ты отмахивался от меня пять лет назад, как от назойливой мухи, когда я тебя предупреждал. А сейчас у тебя начался нервный чес на этой почве. С чего вдруг? Небывалая щедрость помахала ручкой?
Макс насупился и обиженно смотрел на меня.
Это на самом деле было так. Откровенная глупость, как это не печально. Подписал брачный договор, но не удосужился прочитать. А кто виноват? Конечно, юрист, который составлял или на край жена, вздумавшая разводиться, но почему это случилось? Потому что Максимка это сам допустил, окрыленный любовью неземной и своей щедростью. Львиная доля проблем, заключается именно в этом. Друг тогда не оценил, а сейчас жареный петух в пятую точку клюнул и ситуацию нужно спасать и вот мы здесь. На чужих ошибках никто не учится никогда. Сколько практикую столько и убеждаюсь. Все по предсказуемому сценарию, разве что актеры меняются. Ну и изюминка у всех своя. А то так было бы не интересно, скучно и тоскливо.
— Что ты так на меня смотришь? Это, правда, и она, как известно, мало кому нравится, — выдержав его взгляд, сказал я.
Ситуация реально начинала подбешивать. Мало того что он оторвал от важных дел, так еще приходится лезть в личную семейную жизнь друга. Не по собственной воле. Терпеть обидчивые взгляды. Возмущаться ему, конечно, гордость не позволит, да и я не жилетка для слез. В конце концов, дело сделано.
— Я отдаю себе отчет в том, что поступил недальновидно и выводы сделаю. И деньги, между прочим, «папе» вернул. Все до копеечки. Возможно, Инга еще передумает? — с надеждой в голосе спросил Макс, взъерошив себе волосы. — С тестем посоветуется, и он будет не в восторге. У нас дела.
— Тесть то может и будет не в восторге, а может и будет, — призадумался я, потирая лоб. — Кто откажется от доли в бизнесе!? Его слово, что-то да будет значить в этом случае. Ваш последний контракт тому подтверждение. Сколько там между вами стычек было, а слово последнее за тобой. А тут такой подарок судьбы или твое откровенное безрассудство? Процесс запушен. Инга, вряд ли передумает, раз юриста нашла.
Я вновь взглянул на наручные часы. Опоздать сегодня нельзя. Достаю портфель. Складываю в него последние документы. Черт, телефон вновь начинает вибрировать. Ответчик волнуется. К заседанию все готово, но я буду просить об отсрочке. Еще чуть-чуть времени и победа за мной. Иногда полезно промедление. А тут Максим со своей печалью.
— Загорский, что делать? — наблюдая за моими сборами, спросил Максим.
— Идти на поклон к жене, если не прокатит — разводиться. Другого не дано, — я развел руками. — Не хочешь потерять фирму — готовь отступные. Хорошие.
— Да, ходил и не раз. Разве, что на коленях не ползал. Бестолку. Вещи мне собрала и из дома выставила. Сань, я в долгу не останусь.
— В смысле? — все же уточнил, понимая, куда он ведет.
Нет, такая работа мне удовольствия не доставляла. У меня вон многомиллионное мошенничество и такое же банкротство. А у него целый штат юристов, а он ко мне приперся и папочку с документами прихватил. Вот же …
— Мне нужна только твоя помощь.
Эта это уточнение портит мое обычное рабочее утро на раз. Друзья познаются в беде. Хрен вам! Друзья пользуются мной. Максим сейчас это наглядно продемонстрировал.
