Нет, для начала — кто бы знал, как я удивилась, услышав голос Загорского. Даже трубку уронила. Правда, успела подхватить до того момента, как средство связи встретится с полом. К этому звонку и тем более разговору я еще не успела подготовиться. У меня не было времени разработать самую правильную тактику поведения с этим человеком, учитывая, последние обстоятельства, возможные последствия для моей работы и исхода дела. Совершенно не к месту подумала о том, как хорошо, что мы предохранялись. Таблетки я давно перестала пить.
— Добрый вечер, Александр Владимирович! — осторожно выдохнула я, поприветствовав его.
Сердце предательски затрепыхалось в груди.
— Александр Владимирович? — переспросил он, рассмеявшись, после не долгой паузы. — И это после того что между нами произошло? К тому же звучит весьма глупо.
Нет, покоя мне не будет. Я сделала шаг вперед, как и советовала подруга. Совершила безумство и вот теперь совсем другая реальность, где есть место еще одному мужчине. И сейчас, кажется, что его настолько много в моей жизни. Нет, это пройдет, и острота реакции сотрется из памяти. Просто сейчас слишком хорошо помню его губы, руки, горячее дыхание, запах. И каждый раз, будто стрелой пронзает тело от воспоминаний о вчерашней ночи и о мужчине рядом. И поэтому разговор с ним настолько мучителен, пропитан чувством вины стыда. И к своему ужасу или облегчению я с трудом вспоминаю, как это было с Димой и я хочу еще, как было с Загорским. Господи, какая глупость.
— Прекратите, — зашипела я, пробуя возмутиться, чувствуя, как мое лицо вспыхивает, как спичка, а по телу бегут мурашки. Не собиралась ему уступать. Просто настырничала из принципа. Правда, в чем заключался этот самый принцип, объяснить себе было сложно. И выдержки не хватало иронизировать, над сложившейся ситуацией, а вот у Александра ее было предостаточно. — Что Вам нужно?
— Алена, у меня к тебе есть просьба, — озвучил он причину своего звонка, наконец-то, оценив степень моей моей серьезности. — Встречаться ты со мной вряд ли захочешь, поэтому звоню.
— Правильно думаете, — не удержалась я, присаживаясь на диван, нервно, кусая губы. Невольно насторожившись.
— Я вообще умный, — хмыкнул он в ответ на том конце. — Так что на счет просьбы? Согласна?
Конечно, разбежалась со всех ног. Но интерес решила проявить. Было любопытно, чем заслужила такое внимание от господина Загорского.
— Какая?
— Нужна помощь моему знакомому, — без всякой игривости и насмешек ответил он. — Можно я дам твой номер телефона?
— Какого характера помощь? — задала очередной вопрос.
— Ну, уж точно не мешки тягать. Юридическая, конечно же. Глупый вопрос, Ален.
— Знаете что… — попробовала я реально обидеться, правда, Загорский тут же пресек мою вдруг возникшую эмоцию.
— Извини и не кипятись. Хватит гордыню демонстрировать.
— Вы знаете, где я работаю.
— Прекрати, — зарычал он мне в трубку, теряя терпение. — Это действительно выглядит глупо. Мы взрослые люди.
Глаза закрыла в странном бессилии, лоб потерла.
— Хорошо, ты знаешь, где я работаю, — сдалась я.
— Нет, ему нужна консультация и желательно без лишних глаз и ушей.
— Почему я? — задала интересующий меня вопрос.
— Я тебе доверяю.
В трубке повисла тишина. Это нужно было осознать. С какого это интересно времени появилось это самое доверие?
— Надо же какая честь, а если серьезно?
— А если серьезно, то с меня достаточно Доронина, если ты это имеешь виду. Семейные дела. Пожалей мою тонкую душевную организацию. К тому же твои услуги хорошо оплатят. Думаю, это будет не лишним бонусом.
Пауза, после чего я выдала короткое:
— Хорошо.
Сразу же отключилась. Телефон до боли сжала в руке. В очередной раз разозлилась на Загорского. Ему было все равно. Чувство вины в нем так и не проснулось. Получил удовольствие и поминайте как звали. К тому же, если я хорошо помню нашу ночь, жаловаться ему не на что.
— Не хочешь послушать? — кивнула на расписание суда Наташа.
Сегодня мы вместе принимали участие в уголовном процессе, представляя интересы двух клиентов. Благодаря нашим усилиям двум подопечным хоть на немного, но срок наказания был уменьшен, и это была безусловная победа, которую мы отметили чашкой кофе и бисквитным пирожным. Правда, пообещав друг другу, что в самое ближайшее время встретимся и отпразднуем чем-то покрепче и явно не в рабочее время.
— А что там? — спросила я.
— Не что, а кто, — уточнила коллега, стуча своим красным коготком по вывески. — Уверяю тебя, будет весело, занятно и познавательно. Время прогулять рабочее время еще есть. Мы управились гораздо быстрее, чем предполагалось. Думала, у прокурора пар из ушей повалит. Сидел красный, как помидор.
— Да, особенно, когда ты намекнула на мужское достоинство и большую любовь к нему твоего подзащитного. Мне показалось, что и судья уголовно-процессуальным кодексом прикрылась от смущения, — хихикнула я.
— Идем?
