— Что случилось? — Джо присела с другой стороны.
Голос зазвучал на удивление холодно, она будто выплёвывала каждое слово
— Сначала они отняли мою магию, но я её вернула. Тогда они сказали, что «оставят» её, но так, чтобы я не могла использовать силу. Не в ближайшее время.
— Твои пальцы… Ты?..
Рена таким яростным взглядом посмотрела на Найдера, что он перестал ковырять замок.
— Да плевать. Хоть мизинцами, черт возьми, но я смогу. Я — свет, и никто это у меня не отнимет.
Пальцы снова начали двигаться, нащупывая отмычкой бороздки в замке, но взгляд оша не отрывал от лица Рены. Она изменилась, казалось, что теперь и в ней произошёл тот надрыв, который был с Разом, с самим Найдером, даже с Джо и Фебом. На ум пришло сравнение с псом, выброшенным хозяином на улицу, когда тот понимает, что никто уже не пустит за порог, надо самому о себе заботиться. С псом, который теперь готов выгрызать место на улице.
Замок щёлкнул, и Найдер расстегнул цепь. Он помог девушке подняться, затем снял с себя рубашку, а Джо помогла Рене прикрыть порванную одежду. Сестра не сдержалась:
— Голый разбойников не боится.
— Ага, — буркнул оша.
Чертов цирк. Отлично, давайте, вот так троица, спасающая город: парень без рубахи, девушка с переломанными пальцами и ещё одна, с карманами, набитыми крошками. А, и где-то другой, только что бросивший таблетки. И это-то они сейчас пойдут ставить свои условия всему Киону! Найдер не сдержал вздоха, но он быстро сменился ухмылкой. Какой город, такие и спасатели.
Рена не обращала на них внимания. Она подняла руки перед лицом и с жадностью уставилась, как голодающий на кусок хлеба.
— По три, — выдавила она. — Те, которыми касаются нитей, — Рена прошептала горячо, будто даже для самой себя: — Но я всё равно смогу.
Джо коснулась её плеча успокаивающим жестом.
— Всё, уходим, — скомандовал Найдер. — Времени мало, надо вас увести.
— Нас? — Рена требовательно посмотрела на оша. — Увести? Найдер, я знаю, что у тебя есть план, ты думаешь, мы не поможем? Где Раз? И надо найти Феба.
Сначала Джо кивала в такт словам, но на последнем предложении замерла.
— Не надо искать Феба, — выдавил Найдер. — Он закончил с делом.
Рена несколько раз открыла и закрыла рот, не в силах что-то произнести, взгляд сделался беспомощным, как у ребёнка.
— А Раз?
Найдер молчал. Друг остался один на один с министрами, с Цаем, с Ризаром и его магами. Да, Рена и Джо нужны ему, чтобы закончить дело, все нужны, всё племя, даже такие — усталые, измученные, переломанные.
— На Дне прогресса, чтобы забрать своего чертового брата. Вы готовы?
— Давайте, дорога ещё не кончилась, не все буераки мы обошли! — воскликнула Джо. Рена сдержанно кивнула.
Ну точно, чертов цирк, а он импресарио. Ладно, будет Киону зрелище.
— Поищите что-то, вам стоит переодеться, может быть здесь есть лекарства или бинты, или что там при переломах требуется, затем мы уходим, — Найдер бросил взгляд на Рену. — Вернёшь мне мою рубашку, — он попытался выдавить улыбку.
— Ты что, теперь также ценишь свои рубашечки, как Раз? — девушка выпрямилась, и на миг показалось, будто ничего и не было, они снова в «Вольном ветре» и опять так знакомо пререкаются.
— Ты не воруй шутки, это моя тема!
Джо нетерпеливо воскликнула:
— А ты куда?
— Есть у меня одна мыслишка, — на лице появилась загадочная улыбка.
— Хватит, Най, нам нельзя разделяться, останься! — потребовала Джо.
Оша не ответил и, развернувшись, зашагал по коридору, переступая через трупы. Надо взять то, ради чего дело было начато.
Весь Кион шумел, и казалось, не было ни одного человека, который остался бы дома или на работе. Огромные толпы заполонили улицы. Люди радостно льнули к украшенным витринам, слушали выступления декламаторов, смотрели на циркачей и фокусников, театралов, музыкантов. Город будто проснулся после долгой зимы и почувствовал весну.
На шпилях, фонарях, оградах гордо реяли флаги и флажки, на которых змея вилась по нижней оконечности солнца. Улицы украсили цветами, в окнах домов зажгли свечи. Со стен свисали огромные портреты и плакаты, прославляющие революцию и её героев, а на некоторых красками изобразили памятные события.
Даже погода выступила на стороне кионцев — привычная серость неба исчезла, сменившись яркой синевой, а мелкая крошка снега перестала идти, растаяла и обнажила брусчатку, по которой весело застучали каблуки сапог и подошвы ботинок.
Раз помнил, как в детстве с восторгом ждал Дня прогресса, как они всей семьёй приходили в Дом министров и наблюдали за учёными, демонстрирующими разработки, а потом шли на представление о зимних днях революции, или слушали музыкантов, или просто гуляли по городу. Даже после больницы он не отказывал себе в удовольствии посетить шумный праздник, притворившись нормальным человеком. Хотелось и в этом году лениво побродить по улицам, попялиться в витрины, остановиться перед выступающими, но Раз подгонял себя, не переставая смотреть на часы и крутить в кармане игральный кубик, хоть и не доставая его.
