— Зачем? — воскликнул Найдер, подавшись вперёд. — Тебе ведь не земля нужна! Это мой дом, и я буду бороться за него до последнего, ясно?
— Земля, она самая, — весь вид так и выдавал, что ответ крылся в другом.
Найдер почувствовал к Орманду презрение. Он не мог сохранить банду — в ней замышляли заговор против него, его не уважали и оставались только в надежде на скорый куш. Он не удержал женщину, которую любил, и пусть она потом стала его женой, но и это было не по-настоящему. Льянал всё знал и просто пытался придать своей жалкой жизни смысл, сражаясь с мальчишкой за клочок земли в Цае.
— Я не потерплю, чтобы в моём районе было хоть что-то ошавское.
— Но ты делишь постель с той, которая жила с оша.
Найдер знал, что за такие слова отец дал бы ему по губам. Тот, в общем-то, не поднимал на сына руку, но грубость в отношении других людей не терпел. Он учил принимать их любыми. Отец даже про Орманда ни разу не сказал злого слова. Он молча вёл борьбу с ним и держался за стены таверны также крепко, как прежде держался за своё племя.
Оша помнил самого себя в детстве: хромого мальчишку, который не хотел лишний раз выходить на улицу, чтобы не слышать новых насмешек, и бродил за отцом хвостом, жадно ловя его слова. Он чувствовал, что сейчас с каждым предложением — и даже ещё раньше, каждый день с каждым новым поступком, — всё больше отдаляется от того, каким учил быть отец, но… Кион не щадил таких. У всех была только одна жизнь, и в ней не оставалось места маленьким и слабым.
— Заткнись! — Орманд едва не рычал. — Ещё одно слово, и я твоей же тростью тебя проткну.
На лице Найдера появилось холодное выражение, и даже привычная злость внутри уселась.
— Но ты сам всегда так говорил про моего отца и про меня.
Просто пора заканчивать эту старую игру. Да, не он её начал, но он закончит. У него сейчас только одно племя и одно дело — другое не имеет смысла.
Льянал поднялся с кресла.
— Ты, грязный оша, я не могу убить тебя, ты прав. Но я заберу «Вольный ветер», и ты и твои дружки сбежите оттуда, не пройдёт и месяца. Это я обещаю. Твой отец умер, как животное, и ты кончишь так же.
Найдер вскочил и с размаху ударил Орманда тростью в висок. Тот откинулся на диване, голова безвольно упала набок, по щеке потекла струйка крови. Оша выпрямился и свысока посмотрел на тело Льянала, снова замахнулся, чтобы ударить его по лицу, ещё раз и ещё, до крови, до мяса, до ошмётков — и опустил руку, делая шаг в сторону.
Это уже не требуется — и нет смысла в жестокости, рвущейся наружу. Дело сделано — то, которое давно пора было закончить. Да, люди Орманда не оставят его теперь: для каждой банды Цая отомстить за главаря — дело чести. Но… Война так война. Он и так воевал с миром всю жизнь.
Рывком открыв дверь, оша встретился взглядами с парочкой, тесно стоящей напротив. Сначала они уставились на него, после — на тело Орманда.
— Он не любил музыку, — сказал Найдер и зашагал по коридору.
Через секунду раздался женский крик. Оша не увидел, но почувствовал движение — быстро развернувшись, он заехал мужчине кулаком по лицу. Тот отступил, схватившись за нос, а Найдер побежал.
Итак. Времени не осталось. Теперь угрозой для дела стал он сам, поддавшись чувствам, порыву — или это было защитой своего, своих? Неважно. Чертово дело будет закончено сегодня. Пора браться за второй план.
Повернув за угол, Найдер остановился, чтобы распахнуть окно, проверить, на ту ли сторону оно выходит, и выстрелить в воздух, затем ворвался в зал.
Гости кружились парами, и в этом вихре цветных нарядов оша не мог увидеть ни Раза, ни Рену. Он стал пробираться по краю зала, цепко вглядываясь в присутствующих, пока не заметил их на другой стороне. Друзья стояли вместе с Адваном, двумя незнакомыми мужчинами и женщиной. Найдер ясно видел, что все напряжены, а Раз и черноволосый мужчина, казалось, вот-вот бросятся друг на друга. Это что, тот чертов кириец?
Всё теснее прижимаясь к стене, оша направился к ним. Времени оставалось совсем немного, вот-вот поднимется паника.
— Раз! — воскликнул Найдер, встретившись взглядом с другом.
Тот едва сделал шаг навстречу, как музыка стихла, а зал наполнился шагами тяжёлых сапог и криками.
— Это он, он! — раздался писклявый женский голосок.
Найдер быстро повернулся к ворвавшимся охранникам и показал за спиной три пальца. Хорошо, приступаем к третьему плану. Пора начинать следующую игру.
Оша выпустил трость, и она со стуком упала на пол. Высоко подняв руки, Найдер крикнул:
— Да, я здесь, я сдаюсь!
Один из охранников скрутил его, а другой ощупал одежду и забрал револьвер и кинжал, спрятанные под камзолом. Ничего, так и должно быть. Главное, что теперь у Раза и Рены есть немного времени. А там Джо и Феб помогут — он же дал им сигнал. Больше шансов не будет — пора заканчивать дело.
— Отведите его на второй, — приказал один из охраны.
