Они снимают, пишут «стендапы», выходят в прямой эфир в утреннем выпуске. Он рассказывает о том, что по предварительной информации жертв и пострадавших нет, дом расселили полтора месяца назад, последнюю семью уговорили съехать вчера, когда увидели, что по дому пошла трещина. Та последняя семья еле успела забрать из квартиры бабушкин самовар – всё, что осталось в память о ней. Но всё забрать, конечно, не успели. В доме остались шкафы из дешёвого ДСП, внутри которых стоял пыльный хрусталь и давно никому не нужный фарфор с неровно заклеенными трещинами. Остались кровати, на которых их владельцы любили друг друга и видели сны про неверных жён. Остались кургузые советские люстры и пыльные аляповатые занавески – некоторые из них до сих пор висят в голых оконных проёмах, цепляясь за потолки и стены, которые больше не могут ничего удержать. Потом станет известно, что на первом этаже делали ремонт, смуглые рабочие с добрыми улыбками зеленоватых от постоянного жевания насвая зубов снесли какую-то не ту стену. Они хорошо умеют сносить стены, даже если они – несущие.
Позже на место ЧП приедет Градоначальник – он в красивом черном пальто пройдет по двору в серо-белой пыли, выслушает доклады и даст комментарий: обошлось без жертв, все службы отработали оперативно, всем окажут помощь. А еще расскажет, что при обследовании руин дома служебные собаки кинологов «сработали» на что-то живое под обломками. Что объявили «минуту тишины», разгребли в том месте обломки и нашли … клетку с хомячками. Градоначальник зачем-то уточнит, что хомячки были «местные». Возможно, они были в серо-белой пыли – как в пыльце на крыльях мотыльков.
Когда он вернётся со съемки, дома никого не будет. Дети и жена проснулись, умылись, позавтракали вкусными для них бутербродами, ушли в школу и на работу – без него.
В комнате дочки кровать осталась незаправленной – розовое одеяло с HelloKitty неаккуратно, но очень уютно лежало скомканным.
Когда дочка придет со школы, она – сразу с порога – крикнет ему:
– Привет, папуля!
И расскажет, что наконец-то научилась подпрыгивать, как Дима Билан на Евровидении. Он не станет ругать её за незаправленную кровать.
Санкт-Петербург
2024 г.