Хонеккер знал русский язык, но сейчас он не понимал, о чем идет речь. Какой взрыв, какое спасение?
– Алексей, Федор! – сказал Богданов. – Мигом найдите бронетранспортер или танк – без разницы! И гоните сюда!
Иванищев и Соловей кинулись выполнять приказание. Они, конечно, не знали, где им раздобыть танк или бронетранспортер, но это ничуть их не смущало. Если приказано, то раздобудут! Хоть из-под земли достанут!
– Три минуты… – тоскливо произнес Богданов.
– Что ж вы так оплошали? – спросил Ивановский у Богданова.
– Пять устройств мы обезвредили, а шестое – не успели, – сказал Богданов. – Наша вина…
– Бывает, – хладнокровно сказал генерал Ивановский. – На войне все бывает. А виниться будем потом. И вы, и я…
…Построение отменили, где-то тревожно звучала сирена, ее надсадный вой, казалось, заполнял все пространство. От плаца бегом бежали колонны солдат. Куда-то подевался и командир части вместе со всеми офицерами. Лишь спецназовцы оставались на плацу, предварительно, впрочем, укрывшись за трибуной.
– Двадцать пять секунд до взрыва, двадцать четыре, двадцать три, двадцать две… – для чего-то считал Малой.
– Заткнись! – сказал ему Дубко. – Не можешь без фокусов…
– Не могу, – вздохнул Малой. – Уж такая у меня натура! Пять, четыре, три, две… – Он повернулся к Терко: – Степа, скажи «бабах».
– Бабах, – криво усмехнувшись, сказал Терко.
И сразу же вслед за этим нелепым словом раздался оглушительный взрыв. И – началось… Из-за детонации взрывы стали множиться, с визгом и воем во все стороны полетели ракеты…
– Что и требовалось доказать, – хладнокровно констатировал Малой. – И добавил: – Оставлять такое событие без комментариев – дело просто-таки немыслимое…
Бронетранспортер Иванищев и Соловей раздобыли прямо на плацу – машина готовилась принять участие в парадном шествии. Без всяких предисловий и объяснений спецназовцы вышвырнули из бронетранспортера экипаж, Иванищев сел за руль, машина взревела и покатила. А вокруг все рвалось и грохотало…
– Бронетранспортер! – доложил запыхавшийся Соловей. – Все готово! Скорее!
– С ними! – приказал Ивановский Хонеккеру. – Срочно! Видите, что творится!
– А вы? – спросил Хонеккер.
– Я остаюсь! – ответил генерал.
Прикрывая Хонеккера своими телами, Богданов и Соловей выскочили наружу и торопливо усадили главу государства в бронетранспортер.
– Алексей, Федор! Отвезете его подальше и оставайтесь с ним до особого приказа! – сказал Богданов.
– А ты? – спросил Соловей, хотя такой вопрос и был лишним.
Богданов ничего не ответил, махнул рукой и, низко пригибаясь, побежал в сторону плаца – туда, где находились его боевые товарищи.
Бронетранспортер рывком тронулся с места, с ходу протаранил ворота контрольно-пропускного пункта и на всей скорости помчался подальше от военной части. По его корпусу стучали осколки, но ни Иванищев, ни Соловей не обращали на это внимания. Они выполняли приказ – им во что бы то ни стало нужно было уберечь руководителя Германской Демократической Республики.
Хотя во всей этой истории до сих пор много неясного, но самое главное известно. Благодаря умелым действиям спецназа КГБ кровавую трагедию со множеством смертей на военной базе в немецком городе Гранзее удалось предотвратить.
Во-первых, был спасен Эрих Хонеккер – в ту пору руководитель Германской Демократической Республики. Его спасение многое значило. Оно означало, что планы западных разведок относительно отказа ГДР от сотрудничества с Советским Союзом были сорваны. Это признали и на Западе, как бы им того ни хотелось. По данным советской разведки, почти сразу же вслед за срывом операции «Замена», разработанной в недрах разведок США и ФРГ, последовало множество отставок. Был отправлен в отставку и генерал Монморенси, и Кларк, и Клоски, и многие другие чины, которые должны были отвечать за успешное проведение операции. А это многое значит. И в первую очередь то, что западные спецслужбы признали свое поражение.
Ведь что бы могло случиться, если бы Эрих Хонеккер был тогда устранен, а на его месте оказался бы ставленник Запада? А тогда могло случиться все что угодно. Даже полноценная война, которая не нужна была ни немецкому, ни советскому народу, которые едва-едва пришли в себя после не так давно минувшей войны.
Да, конечно, кто-то может упрекнуть, что Богданов со своей командой не до конца справились со своей задачей. Что тут можно сказать? Все в этом мире относительно, и стопроцентных успехов бывает очень мало. Творить зло куда как легче, чем разоблачать его.
Давайте посчитаем. Во-первых, советские спецназовцы раскрыли шпионскую сеть, действовавшую на военной базе. Во-вторых, свели к минимуму тот ущерб, который был причинен базе. Можно только представить, что бы сталось с базой и людьми на ней, взорвись все шесть адских машин. Ну и в-третьих, они, можно сказать, предотвратили военное столкновение между Советским Союзом и коллективным Западом. Назовите того, кто мог бы сделать больше в тех условиях?
