Нам нравятся странные странности:Весь мир не по-нашему сшит.Природа в ее первозданностиБез умысла злого страшит.Пугает своими пространствами, —Мы скоростью боремся с ней,А пешие дальние странствия,По-нашему, — не для людей.И все, что болотисто-илисто,Повсюду пора иссушить,И выпрямить все, что извилисто:Прямое не так уж страшит;Лесам с комарами и чарамиАсфальт городов предпочесть, —Леса отвечают пожарами,Рычит беспощадная месть.Наверно, природе не нравится,Что мы — ее малая часть,Пытаемся с матерью справиться,Что спорим за право, за власть.Дурные! Она ведь заботитсяО нас, о слепой детворе:И морем о берег колотится,И песней звенит в комаре…<p>НА ТРОЙКЕ</p>За правдолюбом-январемС его морозной прямотойИ лаконичным словарем,Подкрашенный и завитой,Подкрадывается февраль,Известный ловелас и враль.Придет на двадцать восемь дней —А в январе тридцать один! —То он лакей, то господин:То позовет на лыжах бечь,А то блины прикажет печь…Двадцатый век пошел к концуМашинным маршем робота:Ракетный взрыв ему к лицуБез колеса и провода,Без коренных, без пристяжных,Без окосевших, без блажныхБородачей, выдумщиков —Декоративных ямщиков…А мне бы мчаться в февралеНа тройке, а не в шевроле!<p>МИР В ОКНЕ</p>Стояла стужа. Нынче дуетЕще и как! Сдурел Стрибог:Его трезубец иль скребокРябит пруды, людей мордует,А солнце, ядерный клубок,То в почках лиственниц колдует,То сунет луч скворцу в чертогИ птичьим горлом забунтует,То в нашем градуснике ртутьУспеет кверху протолкнуть.А я, стеною и стекломОт непогоды огражденный,Простудою заторможенный,В шестое чувство погруженный,Изнеможенный, вновь рожденный,Гляжу, вконец обвороженный,На мир, обрамленный окном.Гляжу и вижу: в мире томКак холод борется с тепломИ отступает, пораженный,Устало продолжая дуть,Соображая: «В чем же суть?»<p>ЗАМЫСЛЫ ВЕСНЫ</p>Продрогнув на ночном морозе,Кричат спросонья воронята:Один устроился в березе,Забыв, что виден, вероятно.Другой вписался черной кляксойВ телеантенну, будто в крест,И адресует хриплый кряк свойВсем воронятам здешних мест.Расплывчатое солнце виснетНад шифером и вохрой крыш.И лишь нарочно тормоз визгнет,Чтобы опять вернулась тишь.Я тоже что-то понимаюВ делах и замыслах весны —Ее пути от марта к маюИсповедимы и ясны.И вот стою с большой лопатойПо грудь в окопе снеговом,Простоволосый, конопатый,И утираюсь рукавом.<p>ЖАЖДА СОЛНЦА</p>
