– Что стряслось? – спрашивает Сойер и встает в дверном проеме, упираясь руками в дверные косяки по обеим сторонам. У него чертовски крупные руки. Почему я сейчас это заметила? Широкие плечи заслоняют мне выход. Слова Сойера требовательно пробиваются в комнату, заполняют ее и вытягивают изнутри весь воздух.
Я делаю шаг назад.
Он… ведь сейчас не запрет меня здесь? Не будет удерживать в помещении, которое до сих пор было моей собственной кухней!
– Билли, если Седрик поступил как говнюк, то расскажи мне. Я его в бараний рог согну, если он плохо с тобой обращался. Врежу ему. Превращу его в принцесску, если он сделал тебе больно. Буду мутузить, пока он не начнет петь, как Элли Голдинг, когда откроет рот. Только не уходи, не сказав ни слова, хорошо?
Я дышу через силу.
– Можешь… ты должен меня пропустить.
– Билли!
– Никаких «Билли»! Пропусти – меня – немедленно.
Он странно на меня смотрит. Затем все понимает и одним быстрым движением отступает в сторону.
Я бросаюсь вперед мимо него, бутылка с водой выпадает из сумки, падает на ламинат и катится по коридору. У меня мелькает мысль поднять ее, но я замираю.
– Скажи ему, что мне жаль. Пожалуйста.
– Нет. Скажи ему сама. Ты же не можешь…
– Я должна.
– Ты вернешься?
– Не знаю. – Возможно, однажды… когда не буду казаться чужой самой себе. Когда снова появится шанс, то… – Не знаю.
– Билли? – Сойер неожиданно улыбается, что совершенно сбивает меня с толку. – Я позвонил Крис. Она живет в Лидсе, совсем недалеко. Может, заедет как-нибудь выпить по стаканчику и…
– Здорово, – говорю я, сообразив, что он тянет время. Мое время. Оно мне нужно. – Мне правда очень жаль. За все.
– Билли, пожалуйста, подожди. Обдумай все еще раз, хорошо? Побудь где-нибудь неподалеку и подумай. Просто позвони ему и дай сказать то, что он хочет сказать. Пожалуйста. Дай ему шанс. Ты нужна Седрику.
Я поспешно киваю, в то время как мой разум закрывается, но открывается сердце, и начинают течь слезы.
Сойер прав. Наверное, я действительно нужна Седрику… а он – мне. И такого просто не должно было произойти.
– Мне тоже кое-что нужно, – выдавливаю я. – Но не знаю что. Чем бы оно ни было, сначала мне надо это найти.
– Ты ее отпустил? Твою мать, Сойер, я же тебя просил…
Сойер поднимает руки.
– Послушай меня. Не знаю, что между вами произошло, и думаю, что не хочу знать. Но чтобы ее остановить, мне пришлось бы удерживать ее силой. Нужно было так сделать, черт возьми? – Он практически кричит, и у меня внутри что-то сжимается.
– Нет. Нет, конечно нет.
– Черт, я стоял в дверях. Просто перегородил ей дорогу, а она смотрела на меня так, будто я ее пугаю.
Как загнанный зверь, я ношусь туда-сюда по тротуару перед дверью дома Билли.
– Извини.
Стоило подумать об этом, учитывая, в каком она состоянии.
– Что с ней вообще такое? – заметно тише спрашивает меня Сойер. – С ней что-то произошло?
– Это жутко длинная история. И я хочу, чтобы Билли сама решила, какую ее часть ты должен узнать.
– Логично. Конечно. И тем не менее мне бы хотелось… черт! – Он хлопает ладонью по кирпичной стене, от которой отрывается старый драный плакат. – Если бы у меня получилось задержать ее еще на десять минут!
Да. Проклятые десять минут. Если бы я доехал быстрее… Если бы смог чуть быстрее взять себя в руки после едва не случившейся аварии!
Где ты можешь быть, Билли?
Запустив руки в волосы, я заставляю себя думать, но это не работает.
Сойер встает у меня на пути, мешая метаться дальше, и хватает рукой за затылок.
– Седрик, послушай. Я облажался и прошу прощения. Но она не могла уехать далеко.
Ну конечно, не могла. Максимум добралась до парома в Ирландию. Или сейчас на пути в Шотландию. Или направилась в сторону Германии, она ведь учит немецкий. Могла даже рвануть в Штаты…
– Она может быть где угодно, – возражаю я. При мысли об этом по телу проходит короткая и сильная волна дрожи. – И это не твоя вина.
– Мы ее найдем. – Сойер закидывает руку мне на шею и притягивает в свои неловкие, неуклюжие объятия.
Мой лоб утыкается в его плечо, и мне хочется разрыдаться.
– Я понятия не имею, как.
– Нет, имеешь. Потому что ты знаешь Билли. Ты ее найдешь. Я уверен. Просто пошевели мозгами. Только не вешай нос, о’кей? Всем черным тучам придется пока смириться с тем, что у тебя нет на них времени. Потому что ты нужен Билли. Так что вдохни, выдохни и хорошенько подумай.
– Ладно. – Он прав. – Повтори еще раз, что она сказала.
Сойер кивает и пересказывает все третий раз:
– Она хотела, чтобы я выпустил ее из кухни. Я это сделал. После этого она опять смогла говорить, хоть и задыхаясь, но все-таки.
Его слова выдавливают весь воздух откуда-то из глубин моей груди.
– Она сказала, что
Слушаю это в третий раз, а позвоночник снова словно пронзает электрический разряд.
– Я попробовал ее отвлечь, но Билли сразу меня раскусила. Потом сказала, что ей жаль. А я спросил, не может ли она хотя бы тебе позвонить.
– Ее мобильник валяется в машине мой мамы.
