Он обвел взглядом нутро корабля. Не забит, напичкан под завязку всякой всячиной! Конструкция повышенной вместимости – ее предложило экспатское ПО. Снизу чертежами предполагался грузовой трюм, в сверху – отсек на восемьдесят человек вместе с пилотом.
Таким числом друзей Сэм не обладал. У него вообще не было никого, кроме трех собак, поэтому сначала горы багажа заполонили низ, а затем и верх. Кабину от остального корабля отгораживала сварочная установка и штабели из десяти-двенадцати составленных друг на друга инструментальных тележек «Крафтсман» и одной чистенькой «Мэтко». Дальше вглубь – добро на сбыт и коллекция оружия и мечей, которая целых пятнадцать лет томилась под землей в тайниках из ПВХ-труб с силикагелем.
Хвостик Тары так и вилял. Она скреблась в переноске.
– Ну сейчас, сейчас выпущу.
Было бы только куда. На предмет этого Сэм и осматривался.
Список поклажи из экспатского пособия он собрал первым делом… только вот дядя Чарли не болвана воспитал. Головой работать научил. Сэм вычитал, что прокси и некий «черный DNS» открывают врата в лунную сеть – и какую сеть! Биржи, форумы на любой вкус и цвет, сайты с вакансиями. И торговые площадки с заказами на всё, что в голову взбредет, – и суммы-то!
Экспатские рекомендации сразу отправились за борт. Продав дом и заодно углеродные разрешения, он не стал обращать капитал в золото и бытовую утварь. Сначала он приобрел на аукционе станок для стереолитографии с ЧПУ и подпольно установил у знакомого управляющий чип без защиты. Затем все, что к полу не прибито, из салона оптики. Томограф доктора Клири, попавший под новые запреты… и вишенка на блажном торте: два концертных фортепиано. Чего только не запросят – но раз платят, пришлось искать место.
Тара бухнулась головой в дверцу переноски.
– Иду, иду, – вздохнул Сэм.
Не успел он открыть дверцу, собака взрывной волной вылетела на свободу… и смешно замельтешила всеми четырьмя лапами в невесомости.
Сэм бережно притянул ее к груди, и она тут же принялась вылизывать ему лицо, виляя хвостом. Вот приступ нежности начал ослабевать, а еще через пару минут собака тихо засопела у него в объятиях. Осторожно подтянувшись одной рукой к переноске, он уложил Тару внутрь.
Сэм вернулся на свое место в кабину. Оставалось одно – ждать, пока «звездолет» достигнет Луны. Пристегнувшись, он прибавил громкость в наушниках и выудил на свет виниловую пластинку с альбомом шведских
Да, как здорово все сложилось. А будет еще лучше.
Мэйнард отстегнулся и взмыл над сиденьем. Вырвалось восторженное улюлюканье – и к чему сдерживаться? Не каждый день в невесомости летаешь! Спустя миг в воздухе уже было тесно от людей, и все радовались, обнимались. Задорная куча-мала, опьяневший балаганчик. От одного вида гордость брала. Хакерспейс свободных художников Атланты много всякого интересного успел создать на Земле, но космический корабль был вне конкуренции.
Мэйнард обвел взглядом столпотворение в воздухе. Вступил он в это сообщество (хотя его тогда и сообществом было трудно назвать) несколько лет назад, еще во время учебы, и с тех пор почти целиком посвящал себя этим потрясающим людям. Тут все тоже слишком хорошо образованы, ненавидят перебирать бумажки с девяти до пяти, тоже мыслят глобально. Как там в книжке было? «Всякому необходимо свое племя».
В гуще тел мелькнула Кэри-Энн, вырывая из мыслей. Мэйнард с улыбкой махнул ей, но ту очень уж занимал разговор с Винсом. Тот завис возле нее.
Вдруг она прижалась к нему и впилась в губы поцелуем. На сердце тут же заскребло. Нет, взять себя в руки. Для сверхпрогрессивного ума ревновать, обижаться, метать громы – низко, глупо. Ум – хозяин чувств, а не наоборот. Да и основной партнер у Кэри-Энн – Мэйнард, а вторичных может быть сколько угодно. Они сегодня есть, завтра нет. Он тоже имеет право на вторичные отношения.
И все же хоть сказала бы, что сошлась с Винсом.
Мэйнард с угрюмым видом отвернулся. Лицо начало гореть, в висках застучало. Чем бы себя отвлечь?
Сосед по кабине Джейк, сгруппировавшись бомбочкой, раскрутился над сиденьем вокруг своей оси.
– Правда здорово? – заговорил Мэйнард.
Эквилибрист Джейк затормозил о спинку кресла… вверх-тормашками. По его лицу растеклось блаженство.
– Да не то слово! Верха нет! Низа нет! Туда… – Он со смешком вытянул ноги. – Сюда!..
Мэйнард попытался улыбнуться даже сквозь удрученность.
– Наш самый крутой проект, да?
– Круче только яйца! Машина для автономной музыки – бомба. Пляшущий робот «Танцулькин» – улет! Но вот корабль…
