Он вытянул руку. Мэйнард с радостью «дал пять». Джейк еще поговорил о корабле, затем плавно переключился на свои художественные задумки. Мэйнард с улыбкой кивал для вида, а сам не оставлял попыток разглядеть меж тел Кэри-Энн. Вон она… голая, что ли? С какой стати? Нет, это уж слишком. Ни в какие ворота! Нужно срочно!..
Нет.
Не нужно.
Мэйнард стиснул зубы. Что нужно, так это взглянуть в лицо своим комплексам, принять их, превзойти.
– Дружище, тебе плохо? – Джейк опять висел вниз головой.
– Нет-нет, я в норме.
Ему нравилось без привязки к полу и потолку, Мэйнарду же это действовало на нервы. Пришлось тоже взмыть над сиденьем в такую же позу.
– Так что, Джейк, правда не вернешься с нами через две недели?
– Поживем – увидим, но вообще-то не горю желанием.
– Чем займешься на Луне?
Пожав плечами, Джейк напряг голос на фоне общего гама и трех работающих проигрывателей.
– Пока и не знаю. Винсова «Экономика Два-точка-ноль» не за ночь возникнет, но все равно быстро, так что варианты найдутся. Выставочный центр открою, книгу напишу. Лишь бы только не воду толочь на бредовой работе. Клиентов и продажи в гробу видал.
Мэйнард хмуро свел брови: дифирамбы Винса о новой экономике по-прежнему не вызывали аппетита. Только не занудствовать же сейчас.
– Ну и славно.
Джейк медленно раскрутился от подголовника.
– А ты?
Не понимает он, что ли, как дезориентирует одним своим видом? И без того мутит от невесомости и от ситуации с Кэри-Энн – хотя тут уже виновата незрелость.
Наверное, надо тоже крутануться, синхронизировать вращение. Мэйнард оттолкнулся от подголовника.
Очень быстро затошнило. Еще бы, разогнался, перед глазами мелькает – ужасное чувство. Хотел затормозить и – ай, блин! – влетел в ноги Джейка. В итоге поймал спинку кресла. Живот опасно забурлил. Следом и Джейк остановился.
– Прости, увлекся. Так чем, говоришь, займешься на Луне?
Мэйнард потер макушку.
– А? Да не знаю. Слушай, давай пока что…
Вдруг в задней части корабля раздался громкий хлопок.
Пассажирский трюм вмиг умолк… а следом из его глубин закричали.
Мэйнард увидел, как из бака снопом рвутся наружу брызги какой-то жидкости.
Мамочки.
Ой-ой-ой.
Это керосин для реактивных двигателей. Господи боже! А вот и пары́ долетели. Они уже по всему отсеку.
Мэйнард схватился за кресло и выстрелил собой прямиком туда.
– Кислород! – заорал он. – Перекройте кислород!
Келси прямо по курсу возился с решеткой – и тут разразилась вспышка. Взвесь горючего полыхнула. Мэйнард закрылся руками и сквозь пальцы успел увидеть, как ярко-желтый огненный шар сжирает все нутро «Победителя». Кожу обдало жаром… а затем пришла боль. Дикая агония. Воздух выдрало из легких без остатка – не заорать. Какого черта?
Его в кого-то впечатало, отбросило в сиденье, за спинку не ухватиться. Руки на что-то наткнулись, из-за боли не разберешь.
Выл ветер, но люди выли громче. Так, открыть глаза… Господи. Веки прикипели, да?
Удар о стену (потолок?) затем еще один, боль резко умножилась, хотя и так уже было больнее некуда. Мэйнарда заволокло в телефонную будку, вваренную в крышу, цитата, «по приколу».
Ирония судьбы: отговаривал же ее ставить; не стоит эта «звездная обсерватория вольных творцов» того, чтобы ради нее перекраивать готовые чертежи. Увы, не послушали.
Мэйнарда вмяло в гущу тел, забивших будку. Легкие опустели, вопля не испустить. Тут в него влетели спереди, рука чиркнула по острому – явно осколкам стекла в раме.
Еще удар тела, второй, третий. Давка нарастала, с лица и рук будто наживую срывали кожу. Он было хватил ртом воздух – а воздуха уже и нет.
Спустя пару секунд он провалился в спасительное беспамятство.
Спустя пять минут оборвалась жизнь последнего из пассажиров «Победителя».
Корабль в безмолвии продолжал свой путь сквозь черноту.
Спустя пятнадцать часов, на подлете к Луне, навигационный компьютер отдал приказ маневровым движкам подкорректировать курс. На двух насосах выжгло проводку, один еще функционировал. Послушно очнувшись от сна, он все же не смог подать в камеру сгорания ни капли горючей смеси, поскольку в баках ее не осталось. Свечи тщетно вышибали искру за искрой.
Спустя семнадцать часов полный трупов корабль устремился мимо Луны в межпланетное пространство.
Дарси мотнула головой.
– Хавьер, последний раз, я не буду сейчас изливать душу, ныть о пережитом и вообще. Хватит, все нормально.
Он пристально вгляделся в нее.
– Точно?
– Меня одно заботит. Что Майка до сих пор не нашли, а в остальном я держусь. Закрыли тему. Давай лучше о вашей с ним отработанной тактике.
Хавьер на минуту задумался.
– Смотри. В программе будут два тонких вопроса…
– И плюс еще один от меня.
– Какой?
– Допросы.
Он не понял. Дарси пояснила.
– Записи допросов из Нан-Гарде. Ты о них в курсе?
Тут Хавьер совсем потерялся.
– Нет…
