Полноту потенциала власти, которым король мог располагать в силу своего положения, можно было поддерживать только с помощью чрезвычайно тщательного и рассчитанного манипулирования сложным, многополюсным балансом социальных связей и в обширном и в более узком потах его господства. Этикет и церемониал были в числе тех организационных инструментов, которыми король пользовался для поддержания дистанции между всеми группами и лицами в придворном обществе, включая свою собственную особу, а следовательно, и для поддержания социального равновесия всех групп и лиц в рамках элитной господствующей группы. Они конечно же были не единственными инструментами, имевшимися в его распоряжении для этой цели. Без других средств осуществления власти, о которых подробнее говорится в другом месте[138], прежде всего без контроля над армией и без права распоряжаться всеми доходами государства, организация придворного общества с помощью этикета и церемониала и тесно связанные с ней надзор и тактика настраивания друг против друга всех принадлежащих к этому обществу лиц и разрядов едва ли были бы долговечны. Но, не манипулируя так ловко этими инструментами придворного господства, король очень легко мог бы попасть под контроль одной из соперничающих групп или лиц, а вместе с тем утратил бы и часть своих прав распоряжаться основными монополиями — монополией на физическое насилие и на доход от налогов.
Эта скованность сравнительно самых свободных и могущественных лиц, занимающих ведущее, руководящее положение в подобной системе, — достаточно общераспространенное явление. Но когда сегодня говорят о крупных организациях, то связывают с этим понятием только крупные промышленные предприятия. При этом забывают, что среди структур, к которым относится понятие «государства», мы встречаем эволюционную серию больших систем, которые существовали намного раньше, чем в рамках некоторых государственных организаций возникли крупные промышленные объединения. То, что в настоящее время в дискуссиях и исследованиях, посвященных проблемам организации, вопросы государства играют значительно меньшую роль, чем вопросы промышленности, отчасти связано и с различным местом этих двух предметов в понятийной классификации. «Государства» понимаются как политические феномены, в отличие от промышленных предприятий, которые классифицируются как экономические феномены. При изучении, как политических, так и исторических явлений исследование типов организации играет сегодня все еще относительно небольшую роль. Каковы бы ни были причины этого, мы можем узнать немало нового о государствах различного типа, если рассмотрим их просто как организации, попытавшись понять их структуру и способ функционирования. При такой постановке вопроса возможно еще отчетливее увидеть ту проблему, которая стояла перед Людовиком XIV. Эта проблема стоит перед индивидом, занимающим руководящее положение в крупной организации: «Как индивид может длительное время сохранять контроль над всей многолюдной крупной организацией?» При современном состоянии общества даже в тех немногих крупных объединениях (например, промышленного характера), верховный контроль над которыми действительно осуществляется одним человеком, в распоряжении руководителя имеется целый спектр безличных методов контроля. Компетенция, статус, полномочия носителей тех или иных функций зафиксированы отчасти письменно, в форме общих пред писаний и правил. Письменные документы, совершенно независимо от прочих своих функций, выполняют в то же время и функции контроля, ибо они позволяют проверить с высокой степенью точности, что произошло, какое решение было принято в определенном случае и кем оно было принято. Кроме того, в большинстве крупных организаций есть специалисты по контролю, которые по долгу службы проверяют, что происходит в организации, и таким образом разгружают соответствующие обязанности руководства.
Несмотря на формальные, построенные на письменных договорах и письменных документах организационные рамки, которые в государственной организации Людовика XIV были еще в зачаточном состоянии и встречались лишь эпизодически, во многих крупных организациях наших дней, даже в крупных промышленных и коммерческих организациях, имеется соперничество за статус, противоречие между частными группами, использование внутреннего соперничества вышестоящими руководителями и некоторые другие явления, которые проявились при исследовании коллизий придворного общества. Но поскольку основная регуляция человеческих отношений в крупных организациях формально зафиксирована в высшей степени безлично, подобные явления имеют сегодня более или менее неофициальный и неформальный характер. Соответственно, в придворном обществе обнаруживаются многие из тех явлений, которые встречаются сегодня в более скрытых и замаскированных формах, внутри сильно бюрократизированных организаций.
