— Посмотрите сами, что лучше, — решила Ира. — Но я вам предлагаю следующее. Самых лучших солдат переводить в гвардию, но не в королевские гвардейцы нашего графа, а в армейскую гвардию, которая останется под вашим командованием. Вот им и будем давать способности мага, да и новое оружие, когда оно будет. Постепенно ваша гвардия будет расти, а обычные армейские части уменьшаться в числе. Пусть те, кто хочет иметь силу и долгую жизнь, сами рвутся в гвардию, а вы им постоянно напоминайте, что от них для этого требуется. И вот еще что. Те гарнизоны, которые у нас стоят в городах вдоль границы со степью, убирать ни в коем случае нельзя. Будем их называть пограничниками и поручим продолжать постоянное патрулирование границы. С кочевниками я вроде нашла общий язык, но остаются еще рахо, да и не только они. Пришли одни имперцы, могут прийти и другие. Работа там трудная, а противник может быть серьезным, так что им, я думаю, дадим магию первым.
— Может быть, все же увеличим стражу в столицах и самых крупных городах? — предложил Горташ. — Не так уж плохи стражники. Заняться с ними побольше, так они в случае чего могут оказать существенную помощь.
— Я не против, — сказала Ира. — Средства есть, оружие — тоже, дело только за людьми. Я найду, кому поручить стражу, а вы займитесь своей гвардией. Придумайте им на форму какой‑нибудь отличительный знак. Как будете готовы, сообщите Сардису, он пришлет магов.
Выйдя из кабинета вслед за генералами, Ира увидела Воронцова, который, не зная языка, скучал в приемной в обществе ее секретаря.
— Вы давно здесь? — спросила она, приглашающе распахивая дверь кабинета.
— Минут десять, как подошел, — ответил Воронцов. — Здравствуйте, ваше величество. Что за неотложные дела заставили вас искать моего общества?
— Садитесь, Павел, — пригласила Ирина, усаживаясь сама. — Есть важный разговор. Но прежде расскажите, как там мой Серг. Я по нему уже успела соскучиться. Сколько ему еще у вас сидеть?
— А он у нас не сидит, а все больше ездит и летает. По–моему, неделя дружбы продлиться еще три дня. Сегодня, кстати, у него очередная встреча. Вам своего брата нужно полпредом оформлять. Удивительно эрудированный и бойкий на язык мальчик, и авторитетов для него, кроме вас, не существует. Недавно отмочил номер на одной из встреч на телевидении. Перехватил у ведущего инициативу и провел встречу по–своему. Думали, что запись не выпустят в эфир. И не выпустили бы, если бы не вмешался Брежнев. Я при том разговоре не присутствовал, но слышал от человека, которому можно доверять. Ваш брат высказался очень критически насчет равноправия в нашем обществе. Сказал, что его руководители наверняка имеют гораздо больше благ, чем простой рабочий, и что так и должно быть, потому что управление государством это самая сложная и ответственная работа.
— И что же сказал Брежнев? — заинтересовалась Ира.
— А он ничего не сказал. К каждой записи прилагалась распечатка того, кто и что говорил. Так вот Генеральный секретарь взял этот текст и поставил свою подпись под этими словами вашего брата. После этого все споры о том, показывать или нет, сразу же прекратились.
— Он себе при такой бойкости еще невесту не прихватил?
— А вы откуда знаете? Алин передал?
— Вы что, серьезно? Я просто пошутила… Ну‑ка, рассказывайте, что там еще за невеста в одиннадцать лет!
— Невеста это слишком сильно сказано. Просто ему понравилась одна девочка.
— А он ей?
— Вы попробуйте сейчас найти в Союзе девчонку, которой бы не нравился ваш брат. Я не понимаю, Рина, чего вам беспокоиться? Это просто дружба. Он с ней встретился несколько раз, только и всего.
— Славная хоть девчонка?
— Сейчас — само очарование и вдобавок умница. С возрастом может измениться, но фигурка в любом случае должна быть отличной.
— Ладно, когда приедет, я с ним поговорю. Теперь давайте от моего брата перейдем к вашим магам. Меня интересует, как широко и насколько открыто используют их таланты.
— Я могу узнать, с чем связан ваш интерес? — спросил Воронцов.
— Узнаете, когда ответите на вопрос.
— Я не слишком в курсе того, как их используют. Слышал, что существует программа изучения механизма лечебного действия магов. Они вылечивают больных, а медики тщательно изучают все изменения в организме больного. По–моему, ничего там такого эпохального не нашли, только подтвердили сами факты излечения. Наверняка продолжаются работы по использованию врат, но я о них не слышал. В любом случае это, к сожалению, из‑за секретности только для использования очень узким кругом людей.
— В этом я могу вам помочь.
— Я не совсем понял…
— Послушайте меня, Павел, внимательно. На пресс–конференции мне задавали вопрос насчет магов. Делала я вам их или нет.
— Да, я помню. Вы тогда изящно ушли от ответа.
— Я в своем ответе ничего изящного не вижу. Мне и тогда было стыдно врать и будет стыдно, когда эта ложь откроется, хоть я и оставила себе лазейку оговоркой, что ваших неучей магами не считаю.
— А почему она должна открыться?
