– Держится она, во всяком случае, великолепно.
Хотя ее порядком бесит вся эта писанина в газетах.
Ты ведь тоже читал их, правда?
– И что, эта чушь ее задевает? – удивился Алекс.
– Посмотрела бы я, как бы ты отреагировал, если бы про тебя написали, что твой отец – крестный отец мафии! Джино никогда не был крестным отцом!..
– Кто знает… – Алекс пожал плечами. – Мне он, во всяком случае, нравится. Я не понимаю только, кому какое дело, кто с кем был связан тысячу лет назад. И какое отношение все это может иметь к Лаки.
– На ее месте я бы вчинила этим писакам иск на несколько миллионов! – воинственно сказала Венера Мария. – Они совершенно распустились!
– Много чести – судиться с этими шавками… – Алекс одним глотком допил свой кофе и поставил чашку на стол. – Тебе когда-нибудь приходилось давать письменные показания под присягой? Это сущий ад!
– Да, Алекс, приходилось. Я вообще в своей жизни испытала все!
Алекс с любопытством посмотрел на нее.
– Ну, в этом я не сомневался, – сказал он с легкой иронией и поспешил вернуться к своей излюбленной теме:
– Скажи, что собирается предпринять Лаки? Ну, насчет Ленни?
– Последовать нашему совету и выяснить все до конца.
– Да? – Лицо у Алекса вытянулось помимо его воли.
– Послушай, ведь мы оба считали, что наш долг – уговорить ее сделать это, разве не так?
– Оба? По-моему…
– О'кей, я знаю, что тебе не терпится забраться ей в трусики, но, пока она продолжает тосковать по своему Ленни, это дохлый номер. И ты сам отлично это понимаешь.
– Что ж, посмотрим, что у них выйдет… – задумчиво пробормотал Алекс.
– Вот именно – посмотрим… – кивнула Венера Мария.
– И чем, как ты думаешь, это закончится? – с робкой надеждой спросил Алекс.
– Кто знает?.. – Она пожала плечами. – Отношения между Ленни и Лаки никогда не были простыми. Любовь, ненависть, страсть – все это они способны испытывать одновременно. Что касается тебя, Алекс, то я уверена – ты нравишься Лаки. Она любит тебя как друга, но, пока рядом с ней Ленни, у тебя нет ни единого шанса.
– Похоже, – криво улыбнулся Алекс, – единственная возможность избавиться от Ленни – это предложить ему подписать с нами контракт.
– Очень смешно! – Венера Мария презрительно фыркнула. – Ты начинаешь верить своим собственным сценариям!
Алекс хотел что-то ответить, но в это время к их столику приблизилась Лили, которая держала в руках пухлую пачку фотографий.
– Сегодня мы должны прослушать пятнадцать претендентов, – сказала она, положив фотографии перед Алексом. – И первый из них вот-вот подъедет.
Алекс повернулся к Венере Марии:
– Ты опять будешь читать со всеми?
– Разумеется! – ответила та. – Я должна быть уверена, что мой будущий партнер способен вызвать во мне волнение и трепет души. – Она усмехнулась. – Не то чтобы я тебе не доверяла, Алекс, просто когда я читаю с ними сама, это заставляет их раскрываться и показывать все, на что они способны. Актерская профессия, как ты знаешь, не самая легкая, а актеры – люди самолюбивые и ранимые и очень тяжело переживают такую вещь, как отказ. А отказы большинству из них приходится получать достаточно часто. Ты – режиссер, тебе этого не понять: ты просто сидишь и решаешь: этот нравится, этот не нравится, этого взять, а этому отказать, но задумывался ли ты когда-нибудь о том, что чувствуют они? Я-то знаю это очень хорошо. Мне пришлось много работать и бороться, прежде чем я стала тем, кто я есть сейчас!
– Браво! – Алекс несколько раз хлопнул в ладоши. – Блестящая речь, Винни. Только объясни мне, пожалуйста, почему молодые актеры, чья жизнь так трудна, становятся самовлюбленными и эгоистичными задницами, как только им удается вскарабкаться на вершину?
– Это месть за все, что им довелось пережить на пути к славе, – сказала Венера Мария.
– Понятненько… – Алекс знаком подозвал официанта и расплатился. – Ладно, пойдем взглянем на этих убогих. Может быть, хоть сегодня нам повезет.
Лаки вышла из зала суда за несколько минут до обеденного перерыва. Ей не терпелось узнать, как идет прослушивание, к тому же она хотела как следует подумать о своем утреннем разговоре с Ленни – о том, что все это может означать.
Стивен пытался задержать ее – ему нужно было о чем-то с ней переговорить, но Лаки, виновато улыбнувшись, сказала:
– Не сейчас, Стив, ладно? Мне нужно срочно уехать, но я постараюсь вернуться пораньше, договорились?
Он кивнул, но по лицу его Лаки видела, что Стив огорчен. «Надеюсь, это не очень важно», – подумала она, выбегая через черный ход на улицу и запрыгивая в свой красный «Феррари».
Когда Лаки подъехала к продюсерскому офису, первым, кого она увидела, был сам Алекс, который стоял у входа и курил.
– Что ты тут делаешь? – спросила она, припарковав «Феррари» на свободном месте у тротуара.
– Жду тебя.
– Ждешь меня? А мне казалось, что сегодня вы должны прослушать целую кучу актеров.
– Похоже, мы нашли того, кто нам нужен. Это тот самый парень, которого Винни видела в телевизионной комедии. Он сейчас там, наверху, и я не хочу прослушивать никого другого, пока ты не услышишь, как они с Венерой читают сценарий.
Лаки скептически улыбнулась:
