Приговоренные к безумию полностью

– «Жители Нью-Йорка, – начала читать Надин своим хорошо поставленным голосом, – мы хотим еще раз заверить вас в безопасности и повторить наше обещание вершить правосудие. Мы исполним наш обет защищать невинных и карать виновных, чего не могут обеспечить скованные руки закона.

Мы – это вы сами, ваши братья, сестры, родите­ли, дети. Мы – ваша семья и ваши защитники.

Как и вы, мы опечалены трагической гибелью сотрудника нью-йоркской полиции, скончавшегося два дня тому назад. Детектив Кевин Хэллоуэй, по­гибший во время исполнения им своего долга, – еще одна жертва чумы, терзающей наш город. Мы считаем Луи К. Когберна непосредственным винов­ником этой трагедии. Если бы не его деятельность, повлекшая за собой заслуженное наказание, детек­тив Кевин Хэллоуэй был бы сегодня жив, и продол­жал бы служить своему городу, делая все возможное в тесных рамках существующих законов.

Мы просим вас, жители Нью-Йорка, почтить вместе с нами минутой молчания память детектива Хэллоуэя и выражаем его семье, друзьям и коллегам наши глубокие соболезнования.

Луи Когберн был наказан. Правосудие сверши­лось и будет свершаться впредь.

Мы предупреждаем тех, кто стремится причи­нить вред нашим братьям, кто растлевает наших детей, что кара не замедлит последовать. Вам боль­ше не найти убежище за стенами закона.

Мы защищаем Чистоту.

Мы защищаем жителей Нью-Йорка».

– Ловко, – заметила Ева, когда Надин замол­чала.

– Даже очень ловко. Представить себя обычны­ми жителями города, чтобы не выглядеть Большим Братом, надзирающим за всеми. Выразить сожале­ние по поводу смерти полицейского и свалить соб­ственную вину на другого. Вновь заявить о своих целях, чтобы люди ни на секунду не забывали, что «Искатели Чистоты» их защищают. Пиар по всем правилам!

– Еще бы! – усмехнулась Ева. – «Не забивайте этим ваши глупые головы, мы сами обо всем поза­ботимся. Мы будем решать, кто виновен, а кто нет. Кому жить, а кому умереть. А если кто-то попадет под перекрестный огонь, мы тут ни при чем».

– Многие услышат в этом заявлении то, что хо­тят услышать, – вздохнула Надин. – Вот почему пиар сработает.

– Будь я проклята, если дам им использовать одного из нас в качестве символа! Тебе нужны ком­ментарии, Надин? Записывай. Лейтенант Ева Дал­лас, руководящая расследованием деятельности «Искателей Чистоты», заявляет, что Кевин Хэллоуэй, детектив из электронного отдела, был убит этой террористической организацией. Лейтенант Даллас, каждый член следственной группы, каждый сотрудник департамента нью-йоркской полиции де­лают все возможное, чтобы раскрыть, идентифици­ровать и арестовать всех участников террористичес­кой организации. Чтобы они были судимы согласно законам страны, признаны виновными и понесли заслуженное наказание.

– Неплохо, – одобрила Надин, выключив за­пись. – Как насчет интервью с глазу на глаз?

– Не могу, Надин. Я очень занята. А сегодня должна присутствовать на похоронах своего това­рища.

Гражданская панихида по Кевину Хэллоуэю со­стоялась в специальном здании, находящемся всего в нескольких кварталах от Главного полицейского управления. Ева всегда отмечала это достоинство, когда приходила отдать дань уважения погибшему копу.

Для проводов Хэллоуэя открыли весь первый этаж, который был уже битком набит – полицей­ские всегда находили время проводить в последний путь своего коллегу. Ева заметила окруженного сви­той мэра Пичтри, пожимающего руки с подобаю­щим случаю скорбным выражением лица. Она не имела ничего против него лично, тем более что он выполнял свои обязанности с минимумом суеты и саморекламы.

Его печаль казалась вполне искренней – как, впрочем, и недовольство, когда он встретился взглядом с Евой и властным жестом подозвал ее к себе.

– Мэр?