Я был её водой. Мог удержать порыв, колкие слова. Не обращал внимания на обиды, всегда успокаивал и тушил её огонь каждый раз, когда она в этом нуждалась. Но сегодня мной управляла не только месть, но и слепое повиновение. Своей давней клятве, своему капитану.
И она не виновата.
То, что я знал точно – я был счастлив рядом с ней. Она дарила мне то, что я искал всю жизнь и не находил больше ни в ком. Она была моей противоположностью, но притягивала, как магнит.
Но сегодня наши стороны столкнулись.
Огонь и Вода перестали быть единым целым и едва не уничтожили друг друга.
Держать всех на расстоянии вытянутой руки, а потом рядом с каким-то человеком руку опустить. И страшно, и волнительно. Стоишь без доспехов и всякой защиты, улыбаешься, смотришь в глаза и думаешь: «Ударит или нет?» И он бьёт.
Я никогда не думала, что моё сердце возможно разбить, потому что всю жизнь держала его закрытым на тысячу замков. Любовь к Августу эти двери открыла, но только для меня самой, и до последнего никто не мог добраться до глубины. А тогда всё разом обрушилось.
Одна фраза: «Прекрати, Цисса», и сознание расплывается, в глазах стоят слёзы, а голос дрожит. Одно касание, и я не могу сдержать своего порыва. Одна его просьба – и я сделаю всё, чтобы вернуть своего капитана. Или хотя бы удержать единственное напоминание о нём – корабль.
Свою первую влюблённость, своего друга детства я не смогла спасти и потеряла навсегда. Август сам сделал свой выбор, но и в этом я почему-то винила себя. Обвинять его не получалось. Потому что Август прав – для меня он навсегда останется капитаном. Что бы я ни говорила, ничего не изменится.
Я медленно поднялась на совершенно пустой корабль. Впервые вижу его таким тихим. Чистым. Пустым. Бесконечно спокойным. Слишком.
Я звонила и звонила тем, кого всё ещё хотела видеть рядом с собой на корабле. Касперу, Чародейке, Персею и Охотнику… В итоге из старого состава команды осталось двадцать пять человек. Остальные телефоны, включая номера Аполлона, Нептуна и Дриады, я без сожаления удалила из списка. Такие союзники мне не нужны.
Коллеги были удивлены моему звонку. Каждый задавал примерно один и тот же вопрос, но соглашался вернуться на корабль в ближайшие несколько часов. О моём «повышении» до должности капитана корабля и руководителя контрабанды им ещё только предстояло узнать. И я понятия не имела, как они отреагируют. Надеюсь, что на месте не задушат.
Оставив самые главные вещи на поясе, я убрала сумку в капитанскую каюту. Почему-то казалось, что я совершаю ошибку, входя так просто в бывшую комнату Августа, где до сих пор осталось что-то от него. Нет, каюта была пуста, не считая моих вещей, но в каждой детали я видела капитана. Вот здесь я стояла, когда на корабль ворвалась Анна. А на том столе писала письмо, а под кроватью он прятал свои сумки…
Я тоже толкнула свою сумку под кровать и печально улыбнулась. Глупо бежать от прошлого, когда можно идти с ним рядом дальше. Я осталась здесь, не желая что-то менять, хотя изменились обстоятельства. Изменилось моё положение в обществе.
Я услышала своё имя с другой части корабля и вышла на палубу. Первым появился Каспер.
– Цисса, ты? А где остальные? – спросил он, удивлённо разглядывая корабль. Кажется, я не одна смущалась при виде такого знакомого, но при этом такого чужого фрегата. А виновата всего лишь пустота, отсутствие людей и вещей на нём.
– Ещё не пришли, ты первый, – я улыбнулась.
– А Август? – он нахмурился.
– Когда остальные придут, я всё объясню, – уклончиво ответила я. Не хотелось раскрывать все карты. Хотя, может, стоит довериться хоть кому-то? Так поступил Август – рассказал о своём плане мне, чтобы в случае чего иметь верного союзника, который его поддержит. А может, ему просто нужен был мой совет, сложно понять. Это же Август. Раньше мне казалось, что я знаю его лучше, чем кого-либо другого, но оказалось, что это не так. Я ошиблась даже в его чувствах.
Между нами царило неловкое молчание, пока не явился Персей вместе с Ярой. Я поприветствовала и их, но тоже уклонилась от чёткого ответа. А уже через полчаса собрались все, кому звонила, и я, отойдя от небольшой толпы, но не поднимаясь выше, прокашлялась.
Участники команды посмотрели друг на друга, удивляясь тому, что людей так мало. Но все молчали, с нетерпением ожидая моих слов.
– Август отдал корабль мне, – сказала я как можно мягче. На лицах команды было даже не удивление, а шок.
– Доказательства? – громко спросил кто-то. Я нахмурилась, хотя ожидала этого вопроса. Достала из сумки документы на корабль, где теперь значилось моё имя. Каспер подошёл ближе, взял бумаги из моих рук и внимательно перечитал – все ждали подтверждения или опровержения моих слов, затаив дыхание.
– Она говорит правду, – выдохнул, наконец, Каспер, поднимая глаза. Я не отводила взгляда от толпы, ожидая их реакции и готовясь к самому худшему. Не они ли с таким жаром обвиняли Августа несколько часов назад?
