– Они не настоящие, – раздался хрипловатый голос за спиной.
Оба в испуге обернулись. Это была старуха лет ста на вид, сгорбившаяся, опирающаяся на деревянную клюку, держащая корзину с какими-то ягодами. Её бесформенное тёмное одеяние делало её похожей на какую-то ведьму из фильмов ужасов.
«Тут точно сомнений нет, что это галлюцинация или что-то ещё опаснее,» – подумали оба.
– Принесло же вас ночью на чёртово око, – продолжала старуха. – Сколько же народу тут сгинуло, сойдя с ума. Друг друга убивали, когда их собственные клоны появлялись, а они явятся, это страх каждого.
На поляну выехала колонна легионовских танков с бойцами на броне.
– Ешьте, быстрее, и всё исчезнет, – торопливо проговорила старуха, протягивая им жменю ягод в сухой сморщенной ладони.
– Сгинь! Не будем мы это брать, – испуганно воскликнула Кира, попятившись назад.
– Эй, там! – Окликнули их с брони.
Старуха сунула ягоды в карман штанов Киры.
– Всё в ваших руках, моё дело помочь, – негромко произнесла она и поковыляла прочь, ничуть не тревожась по поводу Легиона.
– Бегом в машину! – Дёрнул девушку Край, озираясь на танк, наводящий пушку в их сторону.
«Алтай» не заводился, хотя раньше за ним такого не замечалось. Танк тем временем подъехал на расстояние пары десятков метров. Солдаты сошли с брони и выстроились полукругом со стороны своей боевой машины. Они смеялись и подшучивали над противником, попавшем в безвыходное положение.
– Надо ягоды есть, – вдруг решилась Кира, бросившая попытки завести двигатель.
– Нет, это провокация, это специально, чтобы мы их съели. Они, наверное, ядовитые. Просто ждём, глюки сами исчезнут. Просто не бойся.
Сквозь рычание мотора танка послышались какие-то лязг и щелчок. Бойцы отступили немного назад, зажав уши. Фары бронированной черепахи смотрели сквозь решётки окон «Алтая», словно глаза кобры перед броском.
– Край…
– Не бойся, это не правда. И бежать не вздумай, иначе это не закончится.
Три секунды ожидания казались обоим вечностью. Несмотря на понимание нереальности происходящего, мозг бунтовал и требовал немедленных действий для спасения, сердце трепетало воробьём.
Раздался трескучий грохот, всполох огня, – и в заднюю дверь машины ударил снаряд. Вихрь осколков, решёток и внутренней скудной обшивки пронзил пространство салона. Раздался истошный крик обоих, израненных осколками.
Сквозь красноватую мутную плёнку Кира видела искажённый корпус машины, разгромленный салон. В свете огня, возникшего в задней части салона, она видела, как бьёт фонтаном кровь из разорванных артерий, как из тела Края, трепыхавшегося, словно рыба на берегу и вопящего от боли, торчат крупные осколки. Она увидела, как к машине приблизился легионовский солдат в противогазе и с огнемётом в руках, как поблёскивают в свете фар танка два синих баллона за его спиной. На конце длинного дула огнемёта метался на ветру огненный язык.
– Ешь! – Крикнула девушка, вытащив из кармана ягоды и затолкав их в рот Краю, держащемуся за окровавленную шею, а второй рукой пытавшемуся открыть дверь, заклинившую из-за сильной деформации.
Оставшиеся ягоды она спешно заглотила сама, едва не выронив их из трясущихся слабеющих рук. Со специфичным вкусом ягод она ощутила и вкус собственной крови, залившей руки.
Струя адского пламени ударила в корпус, языки его ворвались внутрь. Солдат сделал всего один короткий залп и теперь наслаждался жуткой картиной, как двое сгорали заживо в машине, не в состоянии выбраться.
Вспышка рассеялась. В машине всё было как, и прежде, всё на месте, всё в порядке. За окнами – всё тот же луг, всё та же благодатная ночь, и только яркие сгустки света, около сотни, плавали над травой, медленно направляясь в сторону леса.
Кира открыла дверь и выглянула на улицу. Коротко, но ёмко и эмоционально выразила она своё впечатление и мнение об этих существах, те никак не отреагировали, не впервой, видимо, подобное слышат.
Девушка села обратно и, глубоко вдохнув и громко выдохнув, быстро привела себя в нормальное состояние, согласившись с мыслью, что всё это было не по-настоящему, и всё прошло, что нет причин для тревоги.
Край, сидящий рядом, закрыл глаза рукой, он вздрагивал, шмыгал носом.
– Край, ты чего, всё закончилось, всё хорошо, – мягко и тихо произнесла Кира, медленно протягивая к нему руку.
Норт отмахнулся и вышел на улицу.
Край стоял рядом с машиной, смотря на пруд. Стоял на четырёх лапах, как и обычно, вздрагивая и покачиваясь. Видно, что произошедшее сильно впечатлило его, и он никак не мог оправиться.
Кира тихо подошла сзади, села рядом. Она крепко обняла его, прижавшись.
Он не сразу отреагировал. Всё же это помогло прийти в себя, но, опомнившись, он решил не оставаться здесь ни секунды, мало ли сколько ягоды будут действовать. Он озвучил своё решение и направился к водительской двери.
– Ты уверен, что поведёшь? – Спросила Кира.
– Да. Всё нормально.
Оба сели в машину, повернув ручки замка на дверях, заблокировав их.
– Я избавилась от одной фобии, но приобрела другую – боязнь красивых мест.
Край молча нажал кнопку зажигания. Электродвигатель сразу отозвался.
