— Больше никогда не говори об этом! — мрачно приказал он спрятавшейся внутри собственной сущности и нервно отряхивая с тоги налипшие травинки. — Не смей шептать мне подобную мерзость!
Голос внутри смолк. Он затаился и больше не произнёс ни слова, пока Нигар быстро шагал в сторону винодельни.
====== Глава 5. Тучи в Раю ======
— Ты перепутал балетный класс с казармой? — Неллиэль решительно преградил путь направляющемуся к лестнице Белл-Ориэлю, и многозначительно взглянул на него сверху вниз.
Сам Неллиэль был на голову выше новичка и гораздо шире в плечах. Тело, лишь наполовину укрытое лёгкими доспехами, вызывающе играло железными мускулами, перекатывающимися под смуглой кожей. Короткая стрижка тёмных волос подчёркивала мужественные черты лица: крепкий, волевой подбородок; высокие скулы; мощную шею и холодные серые глаза, смотревшие на Белла с откровенным презрением.
— Дай пройти, — спокойно отозвался Белл, не желая впечатляться внушительными габаритами соперника. Тот угрожающе фыркнул, и не шевельнулся.
— Сюда нет прохода певунам, недомеркам, и смазливым блондинкам, — съязвил Неллиэль, растягивая тонкие губы в издевательской ухмылке. — Так что переоденься обратно в платьице, девонька, и отправляйся вышивать крестиком. И передай своему братцу-карлику, что ему оказана великая честь — прислуживать нам за столом во время ужина. Коротышке позволяется наполнять наши бокалы вином и даже убирать за нами грязные тарелки.
— Мой брат не обслуживает свиней, вроде тебя, — Белл невозмутимо улыбнулся, — Особенно таких, у которых тело и мозг непропорционально развиты.
— Что ты сказал?! — Неллиэль мгновенно позеленел и, сжав кулаки, двинулся на собеседника.
— Белл-Ориэль! — раздавшийся сверху голос Архангела, заставил обоих парней мгновенно замереть, и придержать свою ярость. Они обернулись. Наверху, у лестницы, стоял Михаил и, неодобрительно сдвинув брови, наблюдал за происходящим. — Мне долго ещё дожидаться? Поторопись!
— Да, Великий, — послушно отозвался Белл, поднимаясь по лестнице мимо неохотно посторонившегося Неллиэля.
— Позже договорим, — прошипел тот, когда блондин с ним поравнялся.
Белл даже бровью не повёл. Спокойно обойдя воина, он поспешил за Архангелом. Тот провёл его по длинному коридору и кивком указал на одну из дверей.
— Это жилой блок, — когда Белл вошёл в огромную комнату, заставленную кроватями по всему периметру, коротко пояснил Михаил. — Занимай свободную койку и полку в шкафу. Разложишь вещи и тут же отправляйся на полигон. Занятия уже начались, так что поторапливайся!
— Да, Великий.
— На поблажки не рассчитывай, — хмуро глядя, как Белл распаковывает вещи, вновь заговорил Архангел. — У тебя есть год, чтобы доказать, что ты хоть на что-то годен. Сможешь меня убедить — твоё счастье. Нет — отправлю на кухню убирать помои, где и останешься до конца вечности!
— Да, Великий, — спокойно кивнул блондин, заканчивая с вещами и направляясь обратно к дверям.
— И учти, — не дав ему пройти, Михаил повысил тон. — Уважения своих товарищей ты должен добиться сам. Мне нет дела до ваших разборок за пределами полигона. И я не буду особенно горевать, если на очередном построении не досчитаюсь кого-то из самонадеянных новичков. Если не сможешь постоять за себя здесь — тебе не место в Великом воинстве, ясно, Белл-Ориэль?
— Я всё понял, Великий, — голос Белла не дрогнул, однако взгляд заметно потемнел. — Можно только один вопрос?
— Спрашивай, — Архангел милостиво кивнул.
— А вы будете горевать, если вдруг недосчитаетесь тех, кого определили достойными занимать место в Великом воинстве?
Михаил застыл, потом побелел и покрылся пятнами.
— Что ты себе позволяешь?! — прошипел он, задрожав от гнева. — Уже возомнил себя героем, мальчишка?! Марш на занятия! И молись, чтобы с такой гордыней тебе повезло продержаться здесь хотя бы неделю!
Белл-Ориэль следовал за Михаилом к полигону, думая о том, что решение Архангела предоставить ему шанс стать воином вызвано отнюдь не желанием опробовать его способности, а вполне прагматичным решением избавиться от неудобного ученика. Кажется, Михаил даже не потрудился скрыть свои истинные мотивы, достаточно ясно дав понять, что устранить проблему в лице юноши можно вполне законно, не прибегая к более радикальным методам и не мучаясь после угрызениями совести. То, что Белл сможет постоять за себя и выжить в суровых казарменных условиях, даже не приходило Архангелу в голову. Именно поэтому вопрос юноши так вывел его из себя. Нет, Михаил явно не рассчитывал на возможность Белла выжить среди тех, чья доблесть и сила проверялись ежеминутно, и в чьём разуме билась только одна мысль — победить любой ценой.
