Уже через четверть часа он привязанный за руки и за ноги к массивному стулу сидел с мешком на голове дожидаясь предстоящего разговора. Глаз заплыл и жутко чесался, но руки были привязаны и Ро просто старался проморгаться. — Уж не заплечных дел мастер изъявил желание побеседовать со мной? Чертовы мелкие оборванцы, ведь все так хорошо и спокойно было до появления у него в комнате этого украденного магического кувшина. То, что все эти неприятности были из-за него, у Ро даже не возникло и толики сомнений. А вдруг, это бесценный артефакт древних? — Пришла неожиданная мысль. — За такое точно, если сразу не убьют, то до до конца своих дней законопатят в сыром и темном подземелье. Хотя лучше уж сидеть в подземелье, чем еще раз глянуть в эти аметистовые глаза кровожадного дроу. А ведь говорят, что эти темные и съесть могут…
Скрип дверных петель прервал страшные мысли короля воров. Мешок сдернули с головы и в полутьме подвального помещения, освещенного несколькими свечами, он увидел темного эльфа, сэра Урбана и самого лэра регента.
«Ну и влип же я!» — Пронеслось в его голове.
Суетливый крепыш с красным лицом и плешью на седой голове принес стул и по жесту рыцаря вышел за дверь. Молодой лэр присел напротив старого вора, Лаэрт и Урбан остались стоять по бокам.
— Отвечать его Светлости быстро, правдиво и по существу заданного вопроса. — Бросил сэр Урбан. — Понятно?
Акула кивнул. — Да, ваша милость.
— Светлость, баран! Тут же прикрикнул на него, рыцарь. — Перед тобой лэр регент Вэллора, придурок!
Ро вздохнул. Он конечно знал кто перед ним и милостью назвал задавшего вопрос Урбана, но не объяснять же все это будучи привязанным по рукам и ногам к стулу? Еще разозлятся и снова заедут кулаком в глаз, с них станется. Он вспомнил, как недавно точно так же и с такими же интонациями обзывал, пришедших к нему требовать долю, оборванцев из воровской ватаги. Как же изменчива судьба. Ро приложил усилия, чтобы нервно не захихикать. — Не дай боги, подумают, что над ними смеюсь.
— Хватит, сэр Урбан. Я думаю глава воровского мира нашей столицы не дурак. Я сам поговорю с Ро… Акулой? Кстати, почему Акула? Прозвище более подходит для капитана пиратского корабля. Ну, да ладно, — махнул он рукой, Акула, так Акула, пусть хоть сам Кракен. — Он посмотрел в глаза пленнику и стал говорить словно припечатывая каждым словом. — Сегодня, примерно в полдень, у моего друга был украден очень ценный предмет. Ты в курсе, старик, о чем я спрашиваю?
Мысленно Ро вознес хвалу всем семи светлым богам святого круга и Вупару, богу теней, не входившему ни в святой круг, ни в проклятый кагал пяти демонских королей. Как хорошо, что он так быстро принял решение и избавился от того магического предмета.
— Естественно в курсе, ваша светлость. — Кивнул Ро. — Это глупые оборванцы с сельского рынка постарались.
— Где кувшин? — Привстал со стула лэр Климент.
— Я, как только узнал о таком недоразумении, тут же дал указание своему человеку доставить украденное в ратушу и передать лично в руки сэру Урбану. — Кивнул Ро на опешившего рыцаря. Лэр Климент и Лаэрт тут же повернулись и уставились на нового главу тайной канцелярии.
— Что?! Да как ты смеешь, оборванец! — Закричал красный от возбуждения сэр Урбан сжимая большие кулаки и делая шаг к допрашиваемому.
— Так, стоп! — Вскинул руку лэр. — Разберемся. Когда вы послали человека с кувшином в ратушу?
— Э… ну наверное полчаса назад, может чуть больше. — Пожал плечами Ро.
Урбан не говоря ни слова выскочил за дверь, но потом все же заглянув пояснил свое бегство, — Если принесли, то сейчас выясню и вновь скрылся за дверью.
— Если, все так, как говоришь, то ты умнее, чем я первоначально думал. Знаешь, Ро, если ты и впрямь поступил, так как сообщил, то я изменю свои планы насчет тебя и всей вашей шайки-лейки.
— Насчет меня? — Поднял глаза старый вор.
— Ну конечно, насчет тебя, Ро. И насчет твоих людей. — Кивнул усмехнувшись Климент. — Я ведь хотел тебя повесить. Да, Ро, повесить, как не исправимого негодяя. Повесить прямо за шею, у Западных ворот. И не говори, что не за что. Я думаю за свою долгую воровскую жизнь ты заработал, как минимум, на три повешения. И думаю плакать о тебе долго не будут. Вы воры, как черви или клопы, в общем паразиты общества. Вы только берете то, что вам не принадлежит, не создаете ничего, не строите, не изобретаете, не пашите и не сеете, а отнимаете у тех, кто заработал это своим потом и своей кровью. Ну зачем вы нужны? Ты ведь не станешь ремесленником или дровосеком после нашей с тобой беседы, ты так и останешься вором. Ведь так? Грустная правда в том, что если я перевешаю всех воров, жуликов и вымогателей Руденбурга, я думаю, уже через месяц появятся новые. Такова человеческая сущность.
— Я сам уже давно не ворую… — Начал было Ро, но Клим не терпя возражений махнул рукой перебивая старика.
— Какая разница, сам человек совершил преступление или это сделали его подручные по его приказу? Ты ведь не исправишься, Ро? Ты до самой смерти останешься вором. Как говорят — горбатого, только могила исправит!
