Ира сама понимала всю важность предстоящей встречи, её даже слегка трясло, хоть она старалась это скрыть, демонстрируя силу и уверенность. Но слова герцога, правильные по сути, почему-то сильно рассердили несправедливостью и помогли прогнать нервную дрожь. Кивнув ему на прощание, Ира вышла в коридор и быстрым шагом направилась в комнаты, которые занимал для работы Алин.
Главный жрец сидел с шевалье во второй комнате и угощался ореховым печеньем, запивая его традиционным отваром из сухофруктов, в который с недавних пор начали добавлять сахар.
– Оставьте нас, Алин! – сказала Ира шевалье и, не здороваясь со жрецом, села в кресло напротив него.
– А вы моложе, чем я ожидал, – задумчиво сказал Амер, разглядывая её с любопытством, которое и не думал скрывать. – Вы всегда ходите в штанах или специально так вырядились из-за меня?
– Я хожу так, как мне удобно, и поступаю так, как мне выгодно. Давайте сразу договоримся, Амер. Я не предлагаю вам дружбы. У вас, как и у всех ваших высших, руки по локоть в крови таких, как я. Я приехала вместе с матерью помочь этому королевству избежать гибели, а подобные вам, вместо того чтобы помогать, убили мою мать и хотели убить меня!
– Я в этом не замешан, а вам удалось отомстить.
– Если бы были замешаны, я с вами не разговаривала бы. Мы с милордом канцлером рассмотрели ваше руководство и выбрали для разговора две кандидатуры из самых вменяемых. Вы были под номером два.
– Вы ответите, если я спрошу, кто был первой кандидатурой?
– Нет, это теперь не играет роли. Он по какой-то причине отказался.
– Значит, я у вас оказался лучшим из худших.
– Напрасно смеётесь. Я ведь иду на союз с вами не от хорошей жизни. Канцлер уже рассказал о Сардии? И это не наши выдумки, а реальность. А вы не только мастеров уничтожали, вы и с шурами выделились. Все их резали, а вам для чего-то понадобилось жечь огнём. А ведь почти никто из них не питался людьми. Догадываетесь, что они будут с вами делать? Я могла бы дать волю гневу и разобраться с вами раз и навсегда, но это неизбежно вызвало бы волнения в народе. В обычное время можно было бы наплевать на недовольство, тем более что мне есть что сказать людям и есть чем подтвердить правоту своих слов, но сейчас лучше без этого обойтись. Только запомните, Амер, я отдаю вам храм и прекращаю всякую вражду только при условии, что вы наведёте порядок в своих рядах. Убедите жрецов в том, что прежний путь был ошибочным и завёл в тупик. В свете угрозы войны с шурами это нетрудно сделать. Объясните мотивы моих поступков, а то наверняка большинство не знает, как всё было на самом деле. Понятно, что найдутся те, кто не станет вас слушать. С одним таким я недавно имела сомнительное удовольствие беседовать.
– И что с ним сейчас?
– Умер, конечно. И ваши тоже должны умереть. Если у самих кишка тонка, отдайте их мне.
– Я не стану этого делать!
– Тогда мне нет смысла с вами договариваться, да ещё чистить для вас храм. Скоро кто-нибудь из этих непримиримых поднимет руку на меня или на моих людей, и у меня останется только первый вариант.
– Ашугу поклоняются много людей, в их числе почти вся королевская армия. Они будут очень недовольны.
– Ничего, я найду чем сгладить их недовольство. Уже одно то, что по вашей милости армия останется без магической поддержки и понесёт огромные потери, будет неплохим аргументом. А есть и другие. Мы ведь нашли не только магические книги. Я тогда ещё подумала, зачем прятать в тайники священные книги Ашуга, а потом почитала их на досуге и сравнила с теми, которые вы продаёте сейчас. Знаете, в них столько расхождений! Почему-то за последние семьдесят лет из книг исчезло немало заветов вашего бога. Он очень удивился бы, почитав их сейчас. Нет, например, того, что для него важна не молитва, но дело, или что для молитвы не нужны посредники. Ну и другое в том же духе. Он очень неодобрительно высказывался об алтарях, а освящение домашних алтарей – это ваш основной источник дохода. Продолжать?
– Не нужно. Вам точно шестнадцать лет?
– Думали, если я молодая, то уломаете без труда? На этом, уважаемый Амер, споткнулись не вы один.
– Я полагаю, из храма исчезло немало ценностей?
– Правильно полагаете. Я только уточню, что они исчезли все. Кстати, меня поразило количество драгоценных безделушек в комнатах жрецов. Право, не стоит им носить драгоценности, которые они снимали с тел наших женщин, или раздаривать их шлюхам. Ашуг проповедовал скромную жизнь. «Ежели кто потратит золото и каменья на хорошее оружие или боевого коня – то благо, а если на ублажение тел – то разврат!» Кажется, так? Я ничего не перепутала? Так что мы будем делать с моими врагами?
– Сам я не стану их убивать: меня не поймут и осудят. Мы будем собирать их в небольшие отряды и направлять к соседям. Маршруты и время выхода сообщу. Дальше поступайте так, как считаете нужным. Когда мы сможем занять Храм?
– Занимайте завтра с утра.
– Мастер, Рина! – раздался у неё в голове ментальный вызов Сардиса. – Прибыл мастер Саш Эмер из Сенгала. Вы с ним встретитесь?
