Константин продолжал сохранять молчание. Сказать было нечего. Если что-то и должно было произойти прямо сейчас, оно произойдет.
Отсутствие реакции помогало тянуть время и сохранять рассудок: рассматривая глубоко смотрящего вглубь самого себя Боузи, делать это было невероятно трудно. Хоть Реймонд и не пребывал в ужасе, он выглядел потерянно и нездорово. Еще бы. Мальчишка не понимал, где находится, да и, должно быть, открыто конфликтовал с сознанием Дугласа в его голове.
Он хотел броситься к парню и освободить его, прямо сейчас. Но только терпение могло помочь сохранить жизнь Боузи, и больше ничего.
– В общем-то, девчонка действительно бы пришлась сейчас кстати, – привычно пел Робби, надевая перчатки и ломая пузырек с раствором в своей руке. – Но мы никуда не торопимся и то шоу уже посмотрели. Куда интереснее будет понаблюдать за тем, как ты осознаешь последствия своих действий.
– Тебя так задевает то, что я не подчинился? – наконец вступил в диалог доктор Грэм.
– Н-у-у-у, что ты. – Бланшард пожал плечами и принялся набирать жидкость иглой. – Ты переоцениваешь и свою ценность, и мое тщеславие. Мы что, в детской сказке? Я говорю о твоем нарушении врачебной этики, о котором справедливо подметил Миллер.
Набрав нужное количество раствора, Робби выбросил стекляшку и повернулся к Грэму лицом.
– За то, что ты сделал, предусмотрены штрафные санкции. Они пойдут тебе на пользу во всех смыслах.
Быстро шагая, доктор Бланшард пересек кабинет и подошел к Константину вплотную. Очаровательно улыбнувшись, он вложил в руку своего коллеги шприц.
– Укол ДМТ ты сделаешь сам.
Доктор Грэм почувствовал, как внутри все похолодело. Так выглядело его худшее наказание.
Нет, они еще не вводили психоделик. И тому была веская причина.
Все присутствующие понимали, что погружение Боузи в финальную точку может оказаться для него летальным. И Робби хотел, чтобы Константин произвел казнь сам.
Сколько времени уже прошло с момента его разговора с Оуэном на парковке? Пятнадцать минут? Может быть, двадцать?
Нет, все еще слишком мало для того, чтобы Джереми успел все организовать. Времени просто не было, но его все еще требовалось растягивать.
– Ты сказал, что еще рано, – вдруг влез в россказни Робби Уокер. – И ты видел, как его организм реагирует на процедуры. Он может не перенести. Его мозг уже в отключке, даже без психоделика. Это нонсенс!
– Я сказал рано, потому что тогда доктор Грэм еще не явился, – все еще улыбаясь, ответил Бланшард. – О том, что может случиться, я осведомлен.
