Его коллеги были не совсем правы насчет того, что никто из присутствующих здесь не понимал, что чувствует человек, обреченный на трудности по праву своего рождения. Мать Константина страдала расстройством аутического спектра и всю свою жизнь боролась против сложившихся обстоятельств, отчаянно пытаясь выгрызть свое право на нормальную жизнь. Мистер Грэм-старшийже как раз относился к той категории людей, которая не имела достаточно эмпатии для того, чтобы поставить себя на место больного. Он требовал от своей жены куда больше возможного и, в конце концов не получая этого, топил горе в алкоголе.
Отца доктора Грэма никогда не смущало наличие ребенка в доме. Свое недовольство сложившейся ситуацией он открыто демонстрировал при сыне, заставляя того учиться считывать любые признаки агрессии за версту. Спиртное рождало в алкоголике безумную веру в то, что его кулаки оздоровительны для супруги. А замыкается и отказывается от взаимодействия она не из-за своих когнитивных трудностей, а «из вредности» и «нелюбви».
Мистер Грэм-старший был одержим идеей того, что он может вылечить свою жену перевоспитанием. И в своей уверенности относительно этого вопроса был неумолим.
«Скажи мне, Константин, если ты увидишь, что маме плохо, что ты сделаешь? Что ты скажешь им про своего папу?»
Доктор тряхнул головой.
Хотел ли Константин, чтобы Боузи увидел альтернативный способ существования? Стремления недавно вступившего в практику доктора не заканчивались на истории болезни одного пациента, хоть Дуглас и вправду крайне интересовал его. Что именно в этом парне заставляло Грэма чувствовать такую предвзятость – он понять не мог.
Вероятно, успешное выздоровление Боузи Дугласа стало бы идеальным способом закрыть детский гештальт. И открыло бы возможность к профессиональному развитию без, как считал сам Константин, инфантильной и пагубной привязки к прошлому.
В его мире было место лишь для настоящего. И никак иначе.
– Не стоит так переживать! – Робби подскочил следом за коллегой и, приблизившись к Константину, похлопал его по плечу. – Подготовка к введению лекарства, например, пойдет ему только на пользу.
– В чем она заключается?
– Отменишь ему любое медикаментозное сопровождение. Оставишь только что-то простое… Ну, скажем…
– Риталин! – как-то уж чересчур инициативно влез Уокер. – Ноотропы с его диагнозом – как конфеты. Просто сфокусируется немного и станет поактивнее.
