– Корень канлоды и цветки дельмы, из которых приготовлено это лекарство, используются только в трех случаях: когда беременность нежелательна, когда нужно избавиться от ребенка и когда омега вообще не хочет иметь детей (длительный курс делает его неспособным к зачатию ребенка), – он смотрел прямо в глаза Реина, избегая взглядов двух других альф. Это придало ему уверенности. – Есть случаи, когда применение этой смеси действительно необходимо: например, если омега серьезно болен. Но, как я понимаю, это не наш вариант?
Несколько долгих мгновений все молчали. Затем Дерион медленно поднялся с места и подошел к Эйлону, забирая у него пузырек. Руки альфы дрожали от еле сдерживаемого гнева.
– Мы все говорили, что изменник бездействует, да? – голос был тихим, вкрадчивым. – А это тоже бездействие?!
– Дерион… – начал было Реин.
– Молчать! – рыкнул король и резко развернулся. – Я был уверен, что мой супруг в безопасности. И что из этого получилось?! Что бы было, если бы не случай, если бы не Эйлон?!
Ильнон молчал. Брови хмурились, взгляд был устремлен в сторону. Вдруг сгорбленные плечи выпрямились, и он открыто посмотрел на Дериона.
– Ваше Величество. Это моя вина. Я проверил главного лекаря, но не учел возможности, что лекарство можно подменить. Если вы позволите, я тут же возьмусь за отравителя.
– Ты знаешь, как я доверяю тебе, – ответил король, буравя альфу испытующим взглядом. – Сделай же так, чтобы у меня не возникало сомнений в том, что ты сделаешь все правильно.
– Подожди, – советник уже собирался выйти, но Реин остановил его. – Дерион, ты рассказывал мне, что лекарь тоже дал тебе какой-то отвар. Не может ли оказаться так, что и здесь что-то нечисто? Сколько у нас вообще придворных лекарей, ведь могло же получиться, что один и тот же приготовил лекарство и для тебя, и для Его Высочества Альрона?
– Что? Отвар? – подал голос королевский омега, посмотрев в глаза своему супругу. – Ты ничего не говорил мне о том, что принимаешь лекарства.
– Я не хотел тебя волновать, – Дерион вздохнул, видя, как Альрон отворачивается от него, складывая руки на груди и сжимая губы в тонкую полоску. Час от часу не легче, не хватало ему еще разногласий с мужем!
– Дайте мне, пожалуйста, посмотреть, – тихо проговорил Эйлон, чувствуя себя крайне неловко. Присутствовать при размолвке монаршей четы было как минимум странно, ведь это так по-обычному, так по-человечески, словно они были не на самом верху сословной пирамиды, а где-то в середине или даже внизу. Те же проблемы, то же взаимное непонимание, недоверие. Омеге казалось, словно он присутствует при совершении преступления, и его тут же обвинят в бездействии. Единственным островком, спасительным оазисом среди пустыни, был Реин, но их отделяло несколько шагов, и уверенность таяла на глазах. Альфа же будто не ощущал неловкости Эйлона и смотрел сейчас на своего брата.
– Ответь мне и достань, наконец, свой отвар, – сказал он настойчиво, поднимаясь со своего места.
– У нас один главный лекарь и три его помощника, – за короля ответил Ильнон. Голос его звучал спокойно и уверенно, несмотря на то что он был потрясен новостью и чувствовал за собой вину. Это спокойствие, казалось, передавалось вместе с его словами: наверное, все находящиеся в кабинете ощутили, что всё не так уж плохо и исправимо при должном внимании. Напряжение перестало искрить, и взрыва больше не предвиделось. Эйлон едва заметно выдохнул. – Так вот, главный обычно обслуживает Дериона и, соответственно, Альрона. Он проработал у нас уже более четверти века, начав с должности помощника, и, если я не ошибаюсь, присутствовал при рождении Реина. На него можно положиться, поэтому проверял я его будучи заранее уверенным в результате: он чист.
Однако в последнее время он чувствует себя нехорошо, всю работу предоставляя своим помощникам, поэтому получилось, что он не уследил за тем, что давали в виде лекарства Альрону. Он давал рецепт, по которому эта троица (или же один из них) должна была готовить отвар, и на этом этапе тоже все чисто. По всей видимости, подмена происходила перед конечным пунктом: перед покоями Его Высочества.
Ильнон перевел дыхание, стараясь восстановить логическую цепочку в своей голове и в точности передать ее своим слушателям. Каждое слово, произнесенное им, убеждало в его правоте.
– Получается, что у нас трое подозреваемых. Но только один посещал и Дериона, и Альрона. Это мастер Нэйгол, бета лет сорока, который выделяется среди помощников главного лекаря особым трудолюбием и складом ума. Не побоюсь сказать, что он метит в главные. Таким образом, у него есть мотив – изменник наверняка пообещал ему эту должность. Если обнаружится, что и второе лекарство – яд, его можно смело будет заключать под стражу. Но есть одно но: этим мы ничего не добьемся, только спугнем предателя, и все.
– Но почему? – вмешался Альрон. – Если это действительно он, то он расскажет нам, кто был заказчиком. На основе этих показаний мы найдем этого изменника, и у нас будет, что предъявить ему. И…
