– Не все так просто, – перебил его Дерион, за что заработал гневный взгляд супруга. – С Нэйголом могли связываться через посредника, или же он не видел лица предателя. Есть множество способов не раскрыть свою личность.
– Но поверил бы взрослый мужчина, который всего может добиться сам, в россказни какого-то неизвестного, закутанного, к примеру, в плащ с головы до ног? – не отступал омега. – Должны же быть какие-то гарантии, что все обещания будут исполнены, не так ли? Мой дорогой муж, скажи мне, пожалуйста, кто может назначить мастера Нэйгола главным лекарем?
– Я. Или Ильнон, он, как советник, имеет на это право.
– Значит, в случае удачи, таинственный изменник либо садится на твое место, либо становится советником при новом короле. И лекарь должен это понимать. Поэтому я настаиваю, что он знает личность предателя, – Альрон замолчал, довольный собой и произведенным эффектом: альфы на время задумались.
Эйлон мысленно прикинул, кого бы следовало подозревать. Конечно, он совсем не знал, сколько родственников у короля, но вполне мог предполагать. В случае смерти Дериона, да отсрочат ее боги, престол, по закону, мог занять его супруг, но только в том случае, если он либо носит ребенка короля, либо является регентом при несовершеннолетнем. Это лишь доказывает, что Альрон тут совсем не причем.
Следующий наследник – Реин. Но ведь он отсутствовал долгое время и не имеет тут друзей, которые могли бы подготовить почву к его восхождению на престол. Да и вообще, разве мог бы он желать смерти родного брата?! Он никогда не хотел власти. Возможно, при смерти короля он бы отказался от прав в пользу другого. Или же его тоже отравили. От этой мысли Эйлон похолодел, но заставил себя вернуться к размышлениям.
После Реина шли неизвестные родственники. Значит, это могли бы быть они. А еще это мог бы быть Ильнон. Эта мысль казалась слишком невероятной, не внушающей доверия: советник был предан королю, но чисто теоретически омега мог предположить подобное развитие событий. Например, на престоле мог бы оказаться слабый правитель, волею которого харизматичному Ильнону не составило бы труда управлять.
Эйлон окинул взглядом фигуру альфы. Он был воплощением добродушия, искренне улыбался ему, несмотря на отсутствие социального статуса и положения в обществе. И сейчас был деятелен, ни на секунду не давал усомниться в себе: строил логические цепочки, а сейчас, вероятно, просчитывал возможных изменников. Разве может он сам, пользующийся неограниченным довериям короля и Альрона, оказаться мерзким предателем? Разве он не имеет достаточно власти? Разве он не признан высшим светом, он, обходительный и вежливый с каждым?
Нет, этого просто не может быть. Изменник точно кто-то другой.
– Хорошо. Этот вариант стоит проработать, но у меня есть другое предложение, – заговорил советник после долгой паузы. – Но прежде чем я выскажу его, Эйлон, будьте добры, посмотрите наконец лекарство. Мы ведь строим все из предположения, что и оно – отрава.
Король молча подал омеге склянку с жидкостью, похожей на травяной чай. Эйлон аккуратно откупорил лекарство и втянул носом едва уловимый аромат.
– Полагаю, сказано принимать после еды? – дождавшись кивка Дериона, он продолжил. – На голодный желудок эта настойка очень быстро лишает сил, за одно применение доводит до такого изнеможения, что больной не может встать с кровати. Применяется, когда больные сильно бредят и могут повредить себе движением, однако очень осторожно. Но эффект все равно бы слишком бросался в глаза.
В вашем случае лекарство ничем себя не выдает, кроме как не лечит того, что призвано лечить. Ведь так?
– Да. Я просил нечто ободряющее, придающее силы, но все равно в последнее время не чувствую улучшения, - проговорил король и устало потер переносицу. Сколько еще неожиданностей готовит ему судьба?
– Вот и получается, что настой (если вам интересно, он приготовлен из стеблей морок-травы) медленно подтачивал ваши силы, делая вас восприимчивым к любым болезням и другим ядам.
– Милостивые боги! – не удержался от восклицания Реин. Краем глаза Эйлон заметил, что Ильнона передернуло, однако тот быстро вернул самообладание.
– Раз это подтвердилось, вот моя идея. Смотрите: если мы сцапаем лекаря, доказав его вину, то сам изменник об этом обязательно узнает и затаится. И мы черт знает сколько еще будем его вычислять. Разве не так? - советник обвел глазами своих слушателей и продолжил. – Предлагаю иной вариант. Мы оставляем Нэйгола на месте и продолжаем делать вид, что ничего не знаем и ни о чём не ведаем. Так сказать, усыпим бдительность. Все лекарства оставляем как доказательства. Лекаря мы еще успеем осудить.
Через несколько дней Дерион объявит, что Альрон ждет ребенка. Простите за невежливость, Ваше Величество, Ваше Высочество, но вам стоит постараться с этим в ближайший месяц, но дело сейчас не в этом. Вот тут-то предатель должен, нет, просто обязан заволноваться! И наверняка что-то предпримет! И не надо на меня так смотреть, я сумею обеспечить безопасность Его Высочества. Доверьтесь мне.
