Сколько жила в Турции Наталья, а это без малого три года, столько находилась в постоянном восторге от того, что она обычная, русская девушка имеет возможность проживать на Средиземном море в тёплом климате и прекрасном городе. Когда утром она просыпалась и видела из окна бирюзовое бескрайнее море, огромные круизные лайнеры, вытянутые сухогрузы, небольшие моторные и парусные яхты, ей казалось, что всё это происходит не с ней. Простой российский обыватель довольствуется лишь тем, что проводит отпуск в отеле пару недель. У «не простого» есть прекрасный шанс приобрести недвижимость- квартиру, дом или даже виллу, в зависимости от широты кармана, и провести больше времени – по законам Турции для русского гражданина месяц или два. А она может наслаждаться морем круглый год! Фрукты здесь не заканчивались никогда. Зимой апельсиновые и мандариновые деревья покрывались оранжевыми шарами, уже в апреле появлялась ароматная клубника, следом персики и абрикосы, дыни и арбузы, потом сливы и виноград. Первое время Наташа скучала по родителям, по зиме, по снегу, но постепенно привыкла. Когда выходила замуж за Эрина, то была уверена, что любит его, хотя в глубине души понимала, что всё это от того, что у неё не имелось любовного опыта, череды ухажёров и лощёной привлекательности. Наоборот, в университете считалась красавицей, но как-то так случилось, что бурные романы проходили мимо неё, останавливаясь на подружках-однокурсницах, которые ночами плакали в подушку, ждали писем и бегали на свидания. С окончанием учёбы началась работа. Её взяли в престижный лицей преподавателем английского языка. Вот и тут, в женском коллективе, она чахла без мужского внимания, как цветок без света, зачитывалась женскими романами. Она всхлипывала ночами, страдая о чужой, выдуманной судьбе, а выходные проводила с родителями на даче, которые жили там почти круглый год. Иногда считала себя старушкой в молодом теле. Мать научила её вязать носки, тёплые шарфы и варить вкусное варенье. У неё даже не имелось компании, чтобы пойти в кино, потому что все её подружки кто удачно, а кто не совсем имели семьи и детей. Хотя опыт кое-какой у Наташи имелся – около шести месяцев она жила в одной квартире с одним красавчиком, но об этом Наташа вспоминать не любила, потому что роман закончился руганью, обидами и даже обоюдными оскорблениями. Когда Эрин сделал ей предложение она, особенно не раздумывая, согласилась. Все бы дальше текло, как тихая река без перекатов и водоворотов, если бы не встреча с Рафаэлем. Вот это с ней и случилось, накал страстей, безумие влюблённости, бессонные ночи, именно то, о чём она читала в сентиментальных романах. Но всё это происходило не в книгах, а в её жизни, и что теперь делать дальше она не имела понятия. Сделать вид, что ничего не произошло и вернуться к мужу? Но как теперь находиться рядом, смотреть в глаза и жить под одной крышей с нелюбимым? Обманывать и изображать любовь? Она решила некоторое время погостить у родителей, чтобы собраться с мыслями и принять решение, да и заболела мать. По телефону Наташа уговорила Эрина возвращаться из Стамбула в Анталию, а она должна позаботиться о больной матери. Эрин немного огорчился, да и в тоне жены услышал холод, но упрашивать и выяснять отношения по телефону не стал, подумал, мол, куда она денется, рано или поздно вернётся домой в Турцию. А у неё заходил ум за разум! Иногда в порыве невыносимого желания услышать хоть голос Наташа хватала телефон, чтобы позвонить Рафаэлю, но гнала от себя эту мысль, понимая, ни к чему хорошему эта связь не приведёт. Она запретила себе даже мечтать о том, что у них есть будущее, потому что никто не вправе разрушать чужую семью, особенно такую, в которой растут два мальчика. Она помнила свою печальную историю. Когда ей исполнилось лет девять, отец уходил из семьи и не жил с ними около года. Мать, как могла, скрывала тот факт, что отец живёт на другой улице, с другой женщиной. Она сочиняла, что папа перешёл на другую работу и пока не может находиться с ними, а только приезжать на выходные. Отец и впрямь появлялся два раза в месяц набитый подарками и сладостями, сидел тихо на кухне и курил. Потом с каким-то виноватым видом расспрашивал дочь о делах в школе, об оценках. Наташа безумно скучала по нему, висла на шее, целовала небритую, колючую щёку, пахнущую одеколоном. И всё допытывалась, когда же он вернётся на прежнюю работу, чтобы жить с ними дома. Зато мать стояла строгая и молчаливая у окна и даже не предлагала выпить чаю. Однажды, когда отец ушёл после очередного визита, оставив подарки, Наташа закричала на мать, обвинив её в том, что это она во всём виновата – в том, что ушёл папа, что они перестали ходить в кино, и что их жизнь стала грустная. Мама ничего не ответила, только тихо заплакала, а Наташе стало невыносимо жалко неприкаянного отца и несчастную, такую одинокую мать. Девочка повзрослела в один момент. В школе из-за болезни учительницы отменили уроки, и она с подружками отправилась в торговый центр, где на первом этаже в кафетерии продавали вкусное мороженое, и играла музыка. Они сидели на высоких стульях, болтали ногами, ели мороженое и сплетничали. Вот тут она увидела отца. Он шёл с красивой женщиной, обнимая её за талию. Наташа ничего не сказала подружкам, оставила свой недоеденный стаканчик и отправилась следом. Девочка пряталась за колоннами, за рядами одежды и ловила каждый жест мужчины. Он стал чужим за одну встречу, которую она тайком подсмотрела, и о которой отец так никогда и не узнал. А парочка гуляла по этажам, примеряла наряды, весело болтала и даже целовалась. В один миг всё встало на свои места. В следующий раз, когда должен был прийти отец, Наташа ушла из дома, вернулась вечером, сказав, что была в библиотеке, потом расплакалась и всё, что видела, рассказала маме.