Всем стало как-то легче. Петрищев сварил кофе, и как французский гарсон, театрально поставил чашки с дымящимся, ароматным напитком каждому на стол.
– Было что-нибудь интересное на похоронах Вельяминова?
Шапошников вернул всех с любовных небес на землю. Рафик спохватился:
– Забыл рассказать – я видел убийцу! Он находился в траурной процессии. Точно, как описал свидетель, главное очень чёткая татуировка на руке. Но я его потерял в толпе. Потом пытался обнаружить на кладбище, петлял среди могил, но ничего.
– Интересно. Зачем он светился? – задумался Шапошников.
– Такое впечатление, что искал кого-то глазами, – Рафик пожал плечами, сожалея, что так бестолково упустил подозреваемого.
– А я, кажется, знаю кого, – Петрищев обвёл взглядом присутствующих. – Если предположить, что тот, кто попадался на крючок Вельяминова, безропотно платил и вдруг некто, с очень серьёзными связями вычисляет шантажиста, то есть Вельяминова, подсылает килера, чтобы убить его и забрать все носители информации из офиса и квартиры. И этот некто понял, что корреспондент в одиночку не смог бы провернуть историю с шантажом. Понятно, что самая лучшая кандидатура на подельника это Коровин. Они убьют его, как только мы его выпустим.