Вообще, из рассказов Клааса, местных доброхотов и пленных англичан, мы давно знали, что на острове лет двадцать идёт вялотекущая, как и все войны в колониях, война за господство над ресурсами Цейлона. Голландцы, захватившие остров ещё в начале века, изрядно надоели своей жестокостью местному населению. Поэтому англичане, вступившие в противостояние с голландской колониальной администрацией Цейлона, первое время воспринимались аборигенами, как спасители от жестоких угнетателей. Но, время шло, по мере захвата территории британской Ост-Индской кампанией англичане стали проявлять свой характер "белого человека", с массовыми расстрелами и казнями восставших, с грабежами целых княжеств.
В результате бедные сингалы и тамилы, не говоря о немногих выживших веддах, окончательно запутались, как говорится "Белые пришли — грабят, красные пришли — тоже начали". Европейцы на протяжении многих лет азартно воевали друг с другом, попутно не забывали грабить и убивать аборигенов. Не упуская случая интриговать, поливать друг друга и местные власти грязью. Под это дело они уничтожили два из трёх независимых цейлонских государств, образовали несколько оккупационных зон, по-русски, говоря. Причём, территория, захваченная британской Ост-Индской кампанией чередовалась с землями, ещё находящимися под эгидой голландской Ост-Индской кампании. И, так по всему побережью Цейлона несколько раз. Единственным относительно самостоятельным государством на острове осталось сингальское королевство Канди, спасавшееся своим горным расположением. Небольшая территория королевства занимала центральную часть острова, с несколькими выходами к южному побережью. Именно на таком участке королевства Канди мы сейчас и высадились.
Два года назад именно кандийским феодалам продали оружие наши капитаны. Умница Ван Дамме не впал в слюнтяйство и не пошёл на контакт с голландцами без моего ведома. Ибо всех русских купцов и капитанов мы настрого приучили торговать лишь с аборигенами, никаких прямых контактов с европейцами без согласования. Собственно, торговать с европейцами не было нужды, никакого товара они нам предложить не могли. В Индии и Индокитае все европейцы либо грабили, либо расплачивались деньгами, в крайне редких случаях втюхивали аборигенам дешёвую дрянь, вроде стеклянных бус, зеркал, ножей или примитивно опиума, выращенного на британских плантациях в Индии. В ожидании появления официального представителя короля Канди, мы наводили справки у местных жителей по местному колориту англо-голландских войн.
Довольно интересная картина складывалась в результате. Я поначалу не поверил раскладу, пока его не подтвердили наши капитаны. Оказывается, на всём Цейлоне не насчитывалось и пары полков противоборствующих сторон. Даже гарнизон Коломбо, крупнейшего порта на острове, не дотягивал до полноценного батальона. Не говоря о других, более мелких селениях, раскиданных на побережье острова, пока контролируемых голландцами. У англичан ситуация аналогичная, они захватывали территорию, опираясь на местные войска подконтрольных княжеств, не имевшие и понятия об огнестрельном оружии. Самих солдат британской Ост-Индской кампании на Цейлоне набиралось не более полка, раскиданного отдельными взводами по всему побережью. Очень интересная война получается у европейцев, так можно до пенсии воевать, не напрягаясь и не рискуя ничем.
Представитель короля Канди представился многосложным именем, сокращённым мною до Парачалама, с чем тут же согласился. Выглядел парень лет двадцати пяти совершенно беззаботным лоботрясом, ещё больше я утвердился в этом сравнении, когда он с гордостью сообщил, что приходится двоюродным племянником короля. Однако, в ходе разговора, через переводчика, понятно, мнение о представителе резко изменилось. Во-первых парень оказался лет на двадцать старше, чем выглядит. И не парень вовсе, а умудрённый опытом политический интриган, по сравнению с которым я себя чувствовал деревенщиной в Нью-Йорке. Был такой рассказ у О.Генри, помнится.
Так вот, Парачалам очень удивился моим рассказам о нехороших британцах и предложением купить оружие, чтобы выгнать этих британцев с острова.
— Зачем нам воевать с британцами, если они наши друзья? — не знаю, насколько искренне удивился сингал. Глядя на мою изумлённую физиономию после перевода, Парачалам добавил, — король Канди заключил дружеский договор с британцами. Они обещали выгнать голландцев и вернуть все захваченные теми кандийские земли королевству. Остальные земли британцы заберут себе и будут жить в мире с государством Канди, как добрые соседи.
— Чем платит королевство за такую "помощь"? — Недоверчиво уточнил я, пытаясь понять, в чём британцы обманывают сингалов. В бескорыстную военную помощь я не поверю никогда, кроме России, ни одна европейская страна за всю писаную историю не помогала в освобождении чужих земель просто так, из лучших побуждений.
