Наградой за удачно проведенную акцию стала устная благодарность руководства СОБ. И все. Но к подобному отношению парни из группы Миронова уже привыкли и не особенно огорчились. «Награда все равно найдет героя, как бы он ни прятался!», – пошутил Штефырца. Бойцы посмеялись и благополучно обо всем забыли.
Вот и вся, собственно, история с Чили. В этой стране ни он, ни его бойцы больше не работали. Хватало других дел на огромной территории Южной Америки. Почему же сейчас она всплыла из небытия? Миронов и группа не заработали там не то чтобы миллионы, даже ни одного доллара, поскольку оклад денежного содержания им платили в полновесных советских рублях. И был этот оклад хотя и довольно приличным по тем временам, но никак уж не миллионерским. Если, конечно, миллионеры получают оклад. У них, кажется, дивиденды и все такое прочее. Хотя нет, есть такие чудаки, которые, работая в собственных компаниях и корпорациях, устанавливают себе зарплату в размере одного доллара. Интересно, налоги они тоже с него платят?
Нет, ну кому они нужны сейчас, отставники, живущие своими делами, никакого отношения ни к государственным секретам, ни к по-настоящему большим деньгам не имеющие? Что за сила взялась за них, сначала небрежно, слегка, но, судя по последним событиям, набирающая мощь и бросающая в атаку уже не дилетантов, а тех, с которыми сражаться хоть и не стыдно, но смертельно опасно.
Обо всем этом Евгений думал, трясясь в кабине «Широкого» по каменистой горной дороге. Пока выехали на асфальт, чуть всю душу в гоголь-моголь не сбило.
Мишка придавил педаль газа, и джип рванулся вперед, ловко обходя «мерседесы» и «тойоты».
– Я вот что думаю, – сказал он. – Надо нам к обороне готовиться. То есть дом укреплять и оружием запасаться. А то, не дай бог, конечно, Гурами этот гадский озвереет и откроет новую грузино-абхазскую войну.
– Скорее грузино-молдавскую! – хохотнул Леня.
– Тебе вот смешно, – с укором сказал Штефырца. – А когда (заметь, я не говорю «если») припрет, что делать будем? Тут ведь уже дело не в миллионах, в принципе. Грузины, конечно, больше на словах герои, последние войны с нами и осетинами это ярко показали. Но встречаются и среди них такие, что ни перед чем не останавливаются. А я думаю, что именно их Потинский и пошлет справедливость восстанавливать.
– Не дрейфь, Мишка, все будет путем! – по-прежнему весело утешил друга Шишов. – Сами не справимся – армию на помощь позовем. Ты забыл, что ли, у нас целая военная база под боком?
– База – это хорошо, – кивнул Штефырца. – Только выглядит она как-то несолидно. Маленькая, то есть.
– Это ты просто не все знаешь и видишь, – авторитетно заявил Леня. – Да если что, то мы и втроем кому угодно наваляем. Опыт есть. Командир, ты ведь с нами?
Интересно, что он хотел услышать в ответ? «Ребята, вы тут воюйте, у меня дела срочные появились. А как закончите, сообщите, я сразу и приеду»?
Миронов одарил Шишова таким тяжелым взглядом, что тот пискнул невнятные извинения, уткнулся взглядом куда-то за стекло и до самой Ткуацунды больше не произнес ни слова.
К обеду они, естественно, опоздали. Женщины без них за стол не садились, терпеливо ждали мужей. Наташка хотела что-то высказать Евгению, но взглянула на выражение его лица и решила промолчать. Так оно умнее будет. Мария же вообще восприняла опоздание как должное.
Мишка разлил водку по рюмкам, поднял свою, сказал:
– Ну, мир их памяти. Они хоть и бандиты были, а все равно люди.
Все, не чокаясь, выпили. У Натальи (видно было невооруженным глазом) язык чесался спросить, кого же это они сейчас помянули? Но удержалась, рта не раскрыла, надеясь, наверное, на то, что потом из мужа обязательно все вытянет. Она пребывала в счастливой уверенности, что Евгений ей рассказывает обо всем, с ним происходящим. Так, кстати, было и во время службы его в СОБ. Блажен, кто верует… Если бы она узнала хотя бы десятую долю того, что выпало на долю Миронова, то или сбежала бы от такого мужа, или осталась, но тряслась каждую минуту его отсутствия. Оно им надо? Без подробностей спокойней живется. Или, как говорится: меньше знаешь – крепче спишь.
После обеда мужчины отправились на улицу покурить. Обсуждать пока было нечего. Шишов рассказал, что военные обшаривают тот район, где перестреляли грузинских бандитов, но пока результаты нулевые.
– Правильно я определил, – сказал Штефырца. – Киллер и не собирался к ним подходить. Понаблюдал чуток и сделал ноги. Опытный, зараза!
Он сплюнул и присел на ступеньку. И в этот самый момент в стену там, где только что находилась его голова, ударила пуля, выбив каменную крошку. Все мгновенно прянули с крыльца и залегли. А через секунду рванули за угол, укрылись за стопой кирпичей. Но и там с земли не вставали, потому что запоздалая пуля ударила в угол дома. Миронов достал свой вальтер, да много ли от него пользы было сейчас?
– Так, – негромко сказал Мишка. – В гробу я все это видел! Надо женщин эвакуировать…
– А куда? – спросил его Евгений.
Ответил Шишов:
– Как «куда»? На базу, естественно!
– И что, их там примут?
