Мы долго плакали. Плакали по тем, кого потеряли. Я плакал по друзьям и родным, коих уже не вернуть. Ярослав Семёнович и Юлия Андреевна плакали по единственному сыну, который погиб в неравном бою. Но именно тогда я понял, что всё закончилось так, как того и хотели парни. Я сделал то, что должен был, и сейчас я там, где мне должно быть. Усопшие наверняка не жалеют о сделанном выборе. Осталось сделать так, чтобы о нём не пожалели живые. Ценой многих жизней мне было подарено спасение. Теперь моя миссия - оправдать надежды тех, кто погиб ради меня.
Уже на следующий день я стоял у здания военной администрации, в очереди на запись в отряды народного ополчения.
Я очнулся. В лицо подул едва прохладный ветерок, в глаза ударили ослепительные солнечные лучи. Я несколько минут пытался понять, где я. Наконец, я нашёл в себе силы, чтобы поднять на ноги.
Надо мной простирался безоблачный голубой небосвод. Солнце висело в небе бледно-жёлтым диском. Высоко в небе над городом пролетал самолёт, оставляя за собой конденсационный след двигателей.
Я стоял на крыше какого-то высотного здания. Мгновение спустя я осознал, что это крыша того самого дома, на котором я встречал, как мне тогда казалось, свой последний рассвет, готовясь к смерти. Тогда я видел разрушенный город, сгорающий в пожаре войны. Но сейчас картина абсолютно другая. На горизонте раскинулись, покрыв земли ярко-жёлтой рябью, поля подсолнечника. Город цвёл зеленью, гремел шум бесконечной стройки. Жизнь в родном городе била ключом, цвела весенним цветком. Это был тот самый Кишинёв, о котором мы все мечтали. Безопасный, процветающий, свободный. Русский Кишинёв, который никогда не увидит войны. И вот, я стою над ним, наслаждаясь видом со стороны птичьего полёта.
Вдруг, кто-то окликнул меня.
- Не думал, что мы встретимся так скоро! - послышалось у меня из-за спины.
Я обернулся и увидел Егора, стоявшего в нескольких метрах от меня. Он светился самой счастливой улыбкой, которую я когда-либо видел.
- Брат! - воскликнул я, подбежав к нему - Как же я рад тебя видеть!
- И я тебя! - ответил он после крепкого объятия.
- Но где мы? - спросил я, оглянувшись вокруг.
- Мы? - задумался Егор, после чего вновь улыбнулся - Мы дома.
Я был безумно рад видеть лучшего друга, которого уже успел похоронить. Я не хотел задавать лишних вопросов не хотел рушить идиллию. Я был готов поверить в то, что говорит Егор. Мы дома.
Мы долго болтали обо всяком, делая вид, что ничего не случилось. Я не хотел терять его снова. Но избегать реальности было невозможно, и наконец Егор спросил:
- Ну как там, братка? Что стало с Кишинёвом? - поинтересовался Егор.
- Русские пришли! Они спасли нас! И теперь мы восстанавливаем город вместе! - воодушевлённо рассказал ему я.
- Рад слышать! - во все тридцать два зуба улыбнулся Егор - Как там мама с папой?
Я в миг погрустнел. Мне вспомнился наш вчерашний разговор.
- Всё хорошо. Они безумно гордятся тобой, брат. - ответил я, борясь с душевной болью.
- Вот как. - опечаленно проговорил Егор - А сам то ты как, братишка?
Я замялся. Мне не хотелось давать слабину. Не для того парни погибли за меня, чтобы я сейчас жаловался. Но не было у меня друга ближе, чем Егор. Быть может, я его никогда и не увижу. А потому, я решил быть честным.
- Мне каждую ночь снятся кошмары. Я там вижу вас. - выдавливал я из себя слова - Я вижу, как вас убивают. И порой даже жалею о том, что остался жив!
- Не говори чушь! - резко возразил Егор - Я ведь не просто так сказал тебе уходить.
- Почему? Почему ты не захотел, чтобы мы сражались вместе? - вскричал я, а глаза налились жгучей влагой.
- Не всё так просто, Андрюха. - тяжело вздохнул Егор - Ведь сколько себя помню, мы всегда были вместе. И весь свой путь мы прошли в поисках высоких значений. Мы искали идеалы, искали то, к чему стоит стремиться, когда мир вокруг нас рушился. Но витая головой в облаках, мы не заметили, как сами по уши оказались в грязи. Рассуждая об идеалах, мы не заметили, как сами пропитались ненавистью, как стали делить асфальт со своими братьями и избивать людей за отличные от нашего мнения. И только ты никогда не сходил с пути. Ты пытался выдавить из себя злобу, но душой ты был добр. Ты умел сочувствовать и помогать слабым, умел прощать врагов, никогда не предавал совесть. Ты - настоящий русский человек, единственный из нас, кто даже во тьме не переставал стремиться к свету. Мы сгнили вместе со старым миром, и вместе с ним мы должны были погибнуть. Но ты отличался от нас, хоть и всегда стремился к тому, чтобы мы были одним целым. Эта война не только принесла нам море боли и крови, но также и исцелила общество. Она уничтожила худшие наши качества, оставив самое светлое. И это самое светлое - ты. Потому то я и захотел, чтобы ты спасся. Потому что ты и такие, как ты - основа, на которой будет построен новый мир. Ты спас детей, спас крупицу чистой и невинной жизни. И в этом подвиге навсегда будет жить наша память.
- Но война ещё не закончена... - тихо проговорил я.