Олеся ожидала радужной эйфории чувств и ощущений. Но ее тянуло в сонное состояние. Что-то непонятное… И с лицом что-то странное творится. Сначала отвалился нос, затем уши. А глаза так и норовят провалиться внутрь… А руки куда делись, ноги?.. Но Олесе не страшно. Она знает, что ничего страшного не происходит. Это приход. Нужно всего лишь держать себя под контролем, тогда не провалишься в себя. И ничего с тобой не случится.
– А давайте песни петь! – заорала Маша. – Про зеленых человечков!
А вот Машу поперло не по-детски. И какого хрена она залезла в этот чертов паровоз… Олеся должна была разозлиться, но ей почему-то стало весело.
– Почему про зеленых? – как будто откуда-то издалека доносится голос Фадея.
– А потому что они матом ругаются. И танцуют… А ты их что, не видишь?
– Как не вижу, они по мне ползают, – осклабился Фадей.
Он тоже держит себя в руках. Но это не мешает ему бессовестно провоцировать Машу.
– Не насилуют? – с безумным блеском в глазах рассмеялась она.
– Пока нет!
– А можно я их прогоню?
Не дожидаясь разрешения, Маша набросилась на Фадея и стала сгонять с него несуществующих человечков. А он только и рад тому. Хватает Машу, прижимает к себе.
И снова Олесе весело. Хотя бы капельку злости в себе найти… Но все равно Фадею сегодня ничего не светит. Она знает, как спасти Машу от его грязной любви…
Олеся поднялась с кресла, крепко взяла Машу за руку, оторвала от Фадея и потащила наверх к себе в спальню. Там она и закроет Машу, чтобы ее не изнасиловали зеленые человечки. А то они жутко прыткие, и опомниться не успеешь, как они тебя со всех сторон облепят.
Они зашли в комнату, и Олеся закрыла дверь. Ну вот и все. Зеленых человечков в спальне нет. Они внизу все остались.
– Боюсь, что Фадей сегодня девочкой станет, – хихикнула она. – Или уже стал…
– Почему? – глупо вытаращилась на нее Маша.
– А его сегодня зеленые человечки любить будут.
– А кто ж тогда за мальчиков у нас будет? – ужаснулась Маша.
– Боюсь, что тебе придется сделать выбор – или я, или зеленые человечки…
Девушка думала недолго.
– Ну конечно, ты… А что ты умеешь?
– Все… Но сначала нужно спрятаться…
В любой момент в комнату могли проникнуть зеленые человечки. Но Олеся знала, как спастись. Надо всего лишь спрятаться под одеялом.
Маша восприняла ее предложение с восторгом. И принялась раздеваться. Олеся тоже считала кощунством лезть в постель в одежде. Долой все. В том числе и тормоза…
Следователь представился Дмитрием Васильевичем. Молодой, лет двадцать пять. Погоны старшего лейтенанта. Но держится он так, будто три маленькие звезды уже давно превратились в большие, полковничьи. Фамилия у него Нечесов. Сидит, не чешется, пристально смотрит на Марата. Видно, что возомнил себя экстрасенсом с выдающейся биоэнергетикой. Типа, он не просто смотрит, а видит насквозь. И ничего от него не скроешь.
– Итак, вы утверждаете, что не убивали гражданку Темлякову? – спросил он.
А в глазах надежда. Нет, уверенность, что Марат сейчас бросится перед ним на колени и начнет каяться в своих грехах. Ну конечно же, это он убил Антонину. Больше некому…
– Не убивал, – покачал головой Марат.
Не дурак же он, чтобы брать на себя чужую вину.
Следователь удивленно повел бровью и сочувственно вздохнул:
– Напрасно вы не сознаетесь, Марат Иванович, напрасно. Вы же умный человек, боевой офицер. Вы же должны понимать, что чистосердечное признание смягчает вину…
– Мне не в чем сознаваться.
– Ну что ж, мне понятно ваше упрямство. Вы случайно убили женщину, раскаиваетесь в этом, но в тюрьму не хотите – плохо там, холодно и голодно… Да, я вас понимаю. И, пожалуй, даже не буду осуждать вас за это. Мало того, я вам подброшу одну подсказку. А потом вы хорошо подумаете и сознаетесь в преступлении… Ну что, будем слушать?
– А я никуда вроде бы и не тороплюсь, – усмехнулся Марат.
Ему лучше здесь, чем в камере. Здесь тепло, а там не очень.
– Сначала я должен принести вам извинения за задержку. Результаты экспертизы должны были быть готовы еще вчера, но заключение мы получили только сегодня… Ну что, улавливаете смысл?
– Если честно, не очень.
– Ну что ж, тогда будем бить в лоб. Гражданка Темлякова была убита из револьвера, найденного при осмотре места происшествия. Это результаты баллистической экспертизы. Теперь поговорим о дактилоскопической… Снова не догадываетесь?
– Признаться, нет.
– А признаваться надо. Надо, Марат Иванович. Потому что ваша вина доказана с точностью до ста процентов. Дело в том, что на револьвере обнаружены отпечатки ваших пальцев.
Марату показалось, что он ослышался.
– Вы как будто удивлены! – изумился Нечесов.
– Я не то чтобы удивлен. Я вот думаю, можно вам верить или нет. Пока что я в здравом уме, чтобы вам верить… Я не стрелял в Темлякову. Не было у меня никакого револьвера… И откуда он мог у меня взяться? Я в Гражданскую не воевал. А в Чечне у нас другое оружие…
