Неудобства приносил непрестанно моросящий, нудный дождь, портивший и без того не слишком хорошее настроение. Во второй половине дня он ненадолго утих, а потом припустил с новой силой. Вдобавок ко всему задул сильный северный ветер, едва не сбивающий с ног усталых коней и пригнавший черные грозовые тучи, затянувшие весь небосвод.
Вскоре разыгралась настоящая буря, с вихрящимися смерчами, ветвистыми разрядами молний, впечатлительно грохотавших в высоте и словно пытавшихся расколоть небо. Едва хоть на минуту-другую стихали эти адские звуки, как становилось слышно дикое разбойное завывание сошедшего сума ветра: Мы вымокли до нитки, ибо дождевая вода ручьями стекала с нас и коней. Продрогли так, что зубы цокали сами по себе и не было сил заставить их остановиться хоть на короткое мгновение.
Однако, к великому сожалению, укрыться от непогоды было негде. К вечеру каждый исчерпал весь свой запас ругательств и проклятий, что надо заметить, слабо помогло, ибо ничего похожего на убежище так и не появилось. Бедные кони вконец выбились из сил, скользя по превратившейся в сплошное месиво земле. Пришлось; облегчая им участь, идти пешком. Ехал один лишь Аллен, посаженный на могучего Джонова жеребца. Бедняге певцу приходилось труднее всех. Кажется, я даже задремал на ходу, двигаясь, — словно зомби, за бредущим впереди Джоном, когда раздался возбужденный вопль святого отца:
— Смотрите, братие! Вон там справа, на пригорке, никак замок стоит? А ну-ка, Робин, сын мой, глянь своими молодыми глазами, не померещилось ли это скромному отшельнику, еще в недавнем прошлом истязавшему свою плоть голодом да суровыми обетами?
Подтверждение Робина не потребовалось. В свете полыхнувшей молнии и без того стали хорошо заметны очертания большого зубчатого по краям строения.
— Ну, блин, удача! — возликовал гном. — Да наш чертов «пластырь», похоже, прав на все сто. Верняк, замок это. Бородой любимого папаши клянусь!
— Ну и чего радуетесь, дурни? — остужая их пыл, поспешил сразу напомнить я. — Забыли, где находится этот замок? Угу, правильно, в Покинутых Землях.
Что обозначали сии слова, было известно всем без исключения.
— Честно говоря, Алекс, — угрюмо буркнул Робин Гуд, — мне сейчас глубоко наплевать на всю нечисть, гнездящуюся там. Предел желаний — крыша над головой. И все. Кроме того, Аллен, ему просто необходимо поскорей обсохнуть и согреться. Понимаешь? Необходимо.
Я промолчал.
Грязные, мокрые и усталые, мы таки сумели, помогая друг другу, выкарабкаться по раскисшему склону на пригорок, где расположился долгожданный приют. Вот только не будет ли он для нас последним? Я чуял исходящее волнами от этого места Зло, но друзья опять не пожелали слушать моих предостережений.
— Не дрейфь, Алекс, — успокоительно басил монах, — ежели там и окажется какая нежить, то я мигом управлюсь с ней с помощью молитвы. Господь не оставит нас в беде, братие. Клянусь посохом Святого Дунстана.
— Кончай болтать, проклятый чревоугодник, — остановившись на секунду, шикнул гном, — лучше погляди на ту дальнюю башню. Никак в ней красный огонек светится?
Монах истово, перекрестился и торопливо зачастил молитву. До крепостных стен, вернее, до того, что от них осталось, было уже рукой подать, потому, покосившись на зловещую пульсирующую точку, все проследовали вперед. Во внутренний двор мы проникли через обширный пролом. Он оказался завален мусором и всяким хозяйским хламом. В наступившей полной темноте было трудно не споткнуться, и поэтому приглушенная ругань послышалась со всех сторон. А ливень не переставал, без устали поливая землю и конченых придурков, разгуливающих в такую непогоду.
К счастью, вход в сам замок находился совсем рядом. Правда, его преграждали сорванные с петель створки ворот и завалившаяся набок железная решетка. Джону потребовалось всего минута, чтобы расчистить путь для остальной компании. Дрожа от холода и ведя лошадей в поводу, мы ступили в пустой широкий коридор, тут же осветившийся зажженными факелами. Ничего особо приятного они не выявили: беспорядочно разбросанные людские кости, крысню, вскачь сигавшую от нас дальше по коридору, да проносящихся с противным писком над головой крупных летучих мышей серого цвета. К тому же дуло здесь, что в той трубе хоть, правду сказать, с потолка не капало. Но, несмотря на это, сырость ощущалась сильнейшая, а мох, покрывающий влажные стены, вполне мог бы сойти за морские водоросли.
Оставив за спиной коридор с его сквозняками, наша компания пробралась по каменному крошеву через арочный проем и попала в большой прямоугольный зал с давно и прочно воцарившимся бардаком. А льющаяся потоками с прохудившейся крыши вода напрочь отмела мысли о том, чтобы расположиться на отдых в этом месте. Хочешь, не хочешь, но приходилось забираться в глубь проклятого замка в надежде подыскать помещение посуше.
