И тотчас, будто насмехаясь над моими мыслями, где-то впереди послышался цокот подкованных копыт. Ну, зараза, сглазил удачу… Без всякой команды мы дружно растворились по обе стороны тракта. Наших четвероногих друзей в глубь кедровника быстро увела смышленая Кай-Рэ. Молодец, девчонка! Мгновенно опустевшая дорога недолго оставалась безлюдной! С ее западного конца показалась карета, запряженная тройкой лошадей, в сопровождении восьми всадников, одетых в серые камзолы. И я готов был поклясться главной башней Лоншира, грудь каждого из них украшал знакомый символ — черная корона.
Так оно и оказалось… Из-за большого дерева с противоположной стороны тракта осторожно выглянул Джон, вопросительно вскинув голову. Решение требовалось принять незамедлительно. Без колебаний я ответил понятным жестом — провел ладонью по горлу. Джон, улыбнувшись, довольно кивнул. Ничего не подозревающая кавалькада только стала взбираться на горочку, как в спину ей ударил залп из шести луков. Стрелял даже Сен, обычно не использующий традиционное, немагическое оружие. Трое серых упали, четвертый, схватившись за плечо, пытался удержаться в седле. Не мешкая, мы повторили залп, и я лихо, по-разбойничьи, свистнул, давая знак Ласковой Тьме. Едва еще два врага грянули наземь, как остальные наподдали ходу, что-то истошно крича в оконце кареты.
Но тут между деревьями мелькнула фигурка Кай-Рэ, ведущей за собой наших скакунов. Мгновение спустя мы уже мчались вослед беглецам. На месте осталась лишь Фанничка с воспитанницей и вьючными лошадьми. Карету, так и не успевшую перевалить через бугор, догнали быстро. Карл сразил кучера метко брошенным кинжалом, а Джон, спрыгнув с Тарана, остановил тройку, схватив ее под уздцы. Не желая разделить судьбу захваченных пассажиров, остатки охраны пустились наутек, вовсю нахлестывая лошадей.
Карл, Рыжик и я продолжили погоню. Раненного в плечо настигли в самом низу первым. Я, хотел было, его заарканить, да разве за Рыжиком успеешь? Секирой срубил, засранец, еще и закукарекал вдобавок от радости. Следующего на всем скаку сшиб копьем немец. Пришпорив Дублона, я вырвался вперед, никому не собираясь уступать последнего отступника. Поняв это, друзья немного отстали. А я, уже заранее празднуя победу, с криком налетел на вражину сзади. Но, как оказалось, поспешил, ой, поспешил…
Отступник, внезапно обернувшись, почти в упор долбанул по мне из миниатюрного арбалета. Ох! Дыхание забил удар страшной силы. Земля и небо стали стремительно меняться местами, я понял, что падаю, выронив из ладони верный меч и… Мир растворился в спасительной черноте беспамятства, укрывшей от дикой боли в животе и непонятной круговерти.
Прояснялось сознание неохотно, понукаемое вернувшейся болью, легким, но настойчивым похлопыванием по щекам и чьим-то истошным, паническим скулежом.
— Убили-и-и! Дружбанчика маво убили-и! А, с-суки, на части, блин, усех порежу! В капусту покрошу!
— И петрушкой притрушу, — добавил я, осторожно приоткрывая глаза. Фу, ну, слава Господу, небо и земля находятся на своих, определенных природой местах. — Нет, Рыжик, ты все же сделал неверный выбор профессии. В душе ты не столько воин, сколько повар-романтик.
Карл, а это он мне отвешивал пощечины, стоя на коленях, облегченно вздохнул:
— Алекс, чертов бродяга, здорово ты нас напугал.
— Ура-а-а! Брательник Смерь победил! Показал Костлявой фигу с маком. Браво, Стальная Лоза! Браво! — бегавший вокруг нас Рыжик сменил плач по покойнику на радостные, торжественные вопли.
— К чему столько эмоций, ребятишки? — откровенно изумился я, делая попытку приподняться. — Ну, влепил сучий сын в солнечное сплетение стальной болт, так кольчуга спасла. Ну, с коня упал. Подумаешь, трагедия, да моя славная Арнувиэль, случалось, за день по два раза вылетала из седла на полном скаку, и ничего.
— Люди добрые, вы посмотрите на этого делового балбеса! — призвал несуществующих зрителей в свидетели возмущенно застывший на месте гном. — Подумаешь, стальной болт. Подумаешь, с коня упал. Неблагодарный! Сердце у тебя перестало биться, понял? Вот Карлуша и пыхтел, заставляя его вновь заработать. Че он тока, бедолашный, не делал: массаж, сняв с тебя кольчугу, искусственное дыхание, молитвы и те читал. А ты, тра-агедия, блин!
— Ничего не помню, — стал виновато оправдываться я, — так что вы уж простите. А за то, что с того света вытащили, благодарю.
— Речь не мальчика, а мужчины, — пригладив бороду, польщено улыбнулся гном, — сразу бы так.
— Ладно, хорош болтать попусту, — оборвал его Карл, — давай лучше поможем Алексу забраться в седло. Пора возвращаться, не то наши волноваться начнут. Да, и не забудь захватить кольчугу с мечом.
— Не боись, Карлуша, — буркнул Рыжик, — поди не хуже тебя знаю — оружие для настоящего мужчины первая вещь.
Уже с высоты Дублона я осмотрел место схватки. Тела отступников отсутствовали, не было видно и их коней.
— Все трое вояк «отдыхают» метрах в десяти от дороги. Рыжик отволок, пока я тут с тобой возился, — с кривой ухмылкой проинформировал Карл. — А кони разбежались.
