– Жизнь на границе так тяжела, – вздохнул начальник караула, – бедные стражники жестоко страдают от голода и холода… Я нахмурился и достал третью банкноту.
– … а их жены и дети…
– Наш караван не настолько велик, почтенный, – сухо отрезал я.
– Так, где ваш пропуск? – теперь нахмурился уже мой собеседник.
– Я вот просто подумал, – вздохнул я, – ведь мы можем вызвать кого-либо из достопочтенных советников Гамаль-бея, да продлятся его дни, и поговорить о пропуске с ними…
– Но вам понадобится очень убедительный пропуск, – возразил начальник караула.
– Не сомневаюсь, но ведь и предъявлять его мы будем достопочтенным мужам, приближенным к Гамаль-бею… - Начальник оценивающе осмотрел наш караван.
– Хорошо, – сказал он после непродолжительного размышления, и махнул рукой охранявшему шлагбаум феллаху. Я обернулся к красному как рак Хеммету и сказал по-английски, чтобы не поняли местные хранители порядка:
– В следующий раз доверьте переговоры с местными официальными лицами мне. По крайней мере, это обойдется нам много дешевле…
– Вы не должны были давать ему денег, – буркнул тот, – это вымогательство.
– Тогда его башибузуки немедленно бы взяли нас под арест. И хорошо еще, если бы обошлось без стрельбы или поножовщины.
– Мы вполне могли отбиться!
– И получить возможность схватиться со всем местным гарнизоном?
– Они бы не посмели нас долго задерживать – уже менее напористо продолжал Хеммет.
– Конечно, они бы нас отпустили, возможно, даже с извинениями, но вот большинство экспедиционного имущества бы при этом бесследно пропало, – перед моим мысленным взором снова появились наполненные голодным блеском глаза стражников, – и мы бы его даже с собаками потом не отыскали.
– Это произвол, – буркнул Хеммет, – мы не должны подобного допускать… в будущем. - И он зашагал к своей машине. Сидевшая в ней Ортенсия бросила на меня хмурый взгляд.
Наша колонна медленно втянулась на улицы Луксора. В городе оказался довольно сносный отель, выстроенный еще до войны и чудом переживший все последовавшие потрясения. Мы без проблем нашли общий язык с его владельцем и получили в свое распоряжение пустующий второй этаж.
Я разобрался с размещением багажа и, поднявшись на второй этаж, наткнулся там на Эрику. Она бросила на меня холодный взгляд и, ничего не сказав, прошла мимо по коридору. Навстречу из-за поворота вышли Ортенсия и Хеммет. Репортер что-то темпераментно рассказывал профессорской дочери. Увидев меня, она усмехнулась.
– Не ожидала. Вы, оказывается, не только девушек спасать умеете, но и целые экспедиции. Ваш торг с тем толстяком у шлагбаума… Это было нечто впечатляющее. Если мне понадобится что-то приобрести на местном рынке, теперь я буду знать, к кому обратиться.
Эрика остановилась у своей двери, посмотрела в мою сторону и хмыкнула.
– Вы определенно несправедливы к Танкреду, – вступился за меня Синклер, – он довольно неплохо стреляет.
– Надеюсь, – ответила Ортенсия, – в пустыне это куда важнее хорошо подвешенного языка. Но вы, Хеммет, что-то говорили о вашей встрече с разъяренным носорогом в Кении… - Она ухватила слегка растерявшегося репортера за локоть и мягко подтолкнула к лестнице.
Я проводил их взглядом. Потом перевел его на Эрику. Ее глаза блестели, но лицо сохраняло полную серьезность.
– А что я должен был сделать? – вырвалось у меня.
– Возможно, устроить героическую перестрелку? – невинно предложила она.
– Я что, так похож на идиота?
– Честно?
– Да.
– Очень, – она вошла в комнату и захлопнула за собой дверь.
– Все, – пробормотал я, – надо срочно начинать карьеру игрока в карты. В них мне должно ужасно везти…
Как и следовало ожидать, прибытие группы европейцев в город не прошло незамеченным. Уже на следующее утро нас осчастливили приглашением к паше Гамаль-бею. Я с тоской посмотрел на возвышавшиеся на другом берегу Нила руины стовратных Фив. Увы, но в этот раз мне доведется их посетить. А будет ли следующий раз – кто знает…
– Вы уверены, что нам следует принять это приглашение? – спросил я у Алана, как человека хоть что-то знавшего о местных политических раскладах.
– Несомненно. А вы полагаете, что мы теряем время зря?
– Есть такая мысль… Я уже навел справки – железная дорога до Харги пока безопасна, мы сможем погрузиться на поезд в любое время и со всеми удобствами добраться в оазис. Какая польза от этого приема и всех этих политических игр? Алан нахмурился.
– Это не игры. А польза самая прямая. На него приглашены оба конкурирующих «льва пустыни» – Абдалла и Джавдат. Если они готовы воевать друг с другом, то лишь один из них может поддерживать ди Мартти, в то время как второй окажется нашим союзником. Враг моего врага, как говорится.
– И который из них враг, а который союзник? - Лайвсли вздохнул.
– Вот это-то нам и стоит попытаться выяснить на приеме. - Теперь уже и я вздохнул. Пантеры в темной комнате, похоже, весьма голодны…
