– Ничего, – честно признался я. Головной танк подполз к нашим импровизированным укреплениям. Над башней полоскался на ветру красный треугольный флажок с белой полосой. Люк с гулким ударом распахнулся, и оттуда высунулась голова в кожаном шлеме и стрекозиных очках. Откинулась боковая дверца, и показался второй шлем.
– Вы в порядке? – первый танкист снял очки, и я узнал лейтенанта Оливье.
– Вроде да, – произнес я, – если, конечно, вы не галлюцинация…
– Надеюсь, это приятная галлюцинация? – второй танкист сбросил шлем и светлые длинные волосы рассыпались по плечам…
– Эрика! Но как?!
– Я не смог отказать даме, – слегка смутившись, пробормотал лейтенант, – это, конечно, не по уставу, но ее напору может позавидовать бульдозер. Если бы я ее не взял, она бы все равно за нами увязалась…
Я опустился на штабель патронных коробок.
– Ничего не понимаю…
– Ты цел? – деловито осведомилась Эрика, выбираясь из танка, – не контужен?
– Да цел он, цел, – заверил ее Хеммет, – просто закоптился слегка за пулеметом.
– Но откуда вы здесь взялись?
– Посланная вами мадмуазель Витт, – пояснил лейтенант, – смогла разыскать в Харге Жослена, а дальше уже дело техники… - Я поднял на него недоумевающий взгляд.
– Вы сами подтолкнули Эрвина на опыты с использованием танков для быстрых рейдов, – терпеливо продолжил Оливье, – теперь нам представилась возможность опробовать методику на практике. Два танка, к сожалению, не выдержали марша, но остальные машины смогли преодолеть необходимое расстояние и, насколько я вижу, прибыли как раз вовремя…
– Еще как вовремя, – кивнул Хеммет.
– Но откуда солдаты? – спросил я, – они же не могли дойти пешком за это время?
– Мы везли их на грузовиках. Это тоже идея Эрвина. И опять же с вашей подачи. Теперь я могу честно доложить ему о полном успехе операции. И уверен, что командующий нашими частями в северо-восточной Африке полковник Шарль…
– А что это там за молодцы рубятся с нашими противниками? – перебил я его.
– Абдалла выделил нам два эскадрона для поддержки. По данным разведки почти все силы Джавдата ушли сюда…
– Хватит с нас войны, – вмешалась Эрика, – все уже кончилось, а местные эмиры разберутся друг с другом и без нас.
К нам подошел дю Понт. Я кратко представил их с лейтенантом друг другу. Хеммет умчался в направлении лазарета, а я выбрался из пулеметного гнезда и остановился глядя на залитые утренним светом руины. Я впервые смотрел на них глазами ученого, а не унтер-офицера и теперь видел за ними древние дома и храмы, а не укрытия и препятствия для ведения огня.
Я вздохнул полной грудью и идиотски заулыбался. Неужели мы смогли выжить?
– Чему ты так рад? – спросила Эрика.
– Жить хорошо…
– Тебя точно не контузило? Ты уверен?
Дю Понт оторвался от беседы с лейтенантом, который направился к Алану обсуждать вопросы эвакуации раненых, и подошел к нам.
– Хотите получить выигрыш? – я полез в карман за серебряным талером.
– Оставьте себе, – отмахнулся он, – Думаю теперь, мсье Бронн, мы должны вернуться к вопросу о раскопках и вашем обещании касательно судьбы находок.
Я повернулся к нему.
– Знаете что, Гастон, я вот тут подумал, посмотрел на руины, вспомнил карту местности…
– И что? – дю Понт явно почувствовал какой-то подвох.
– Вы не там ищете…
– Вы не там ищете… Я заложил руки в карманы и принялся насвистывать что-то легкомысленное. Дю Понт побагровел.
– Потрудитесь объясниться, мсье Бронн.
– Элементарно, – я вынул руки из карманов и заломил шляпу на затылок.
– Я внимательно слушаю.
– Что вы видите? – я указал на лежавшие перед нами руины.
– Раскопки… – осторожно произнес дю Понт.
– Я не об этом. Мы видим довольно скромный монастырский комплекс и что-то около пяти отдельных зданий рядом. И если меня не подводят мои знания, то все это было заброшено не позднее эпохи Крестовых походов.
– Скорее даже раньше. Еще до Фатимидов. Я бы сказал в первой четверти девятого века, – уточнил мой собеседник, – но что из этого? Мы, действительно, пока не нашли слоев эпохи Птолемеев, но так ведь далеко не все еще раскопано. Работы едва начаты.
– Посудите сами, Гастон. Во-первых, если ливийский погонщик верблюдов, рассказывавший эмиру Бенгази о Зерзуре в конце XV века, не фантазировал, то оазис должен был существовать в конце Средневековья. Другими словами он все еще был обитаем пятьсот лет спустя, после того как на этих руинах прекратилась всякая жизнь.
– А вы уверены, что речь идет об одном и том же месте?
– Судя по выкупленным мной в Каире рукописям – весьма вероятно, что это так. Стимфалополис и Зерзура там однозначно обозначают один и тот же поселок.
– Это еще не факт. Возможно совпадение. Или название было перенесено на другой оазис. Погонщик, в конце концов, мог все выдумать…
– Не спорю. Но есть еще несколько фактов.
– Что за факты?
– Рядом со Стимфалополисом должны были располагаться обширные оазисы, где встречалось множество крупных зверей. В надписи на стене римских катакомб в Александрии…
– Каких-каких катакомб?
– Тех, что были найдены спустя неделю после вашего отъезда.
– Проклятье! – воскликнул дю Понт, – и почему я не задержался…
