Он высок и поджар (я как раз люблю такой тип мужчин), у него чувственные губы, улыбка чеширского кота и вид ловеласа. Наверняка он нравится женщинам. Но в чем же тогда проблема? В серьезности его намерений, в страсти. Если бы он был заурядным юбочником, я бы отдала свое тело без сожалений, в знак благодарности за подаренную поездку. И мы были бы в расчете. Но я боюсь последствий. Олег не понимает, что от такой чаши, как я, можно лишь пригубить. Он захочет выпить до дна, а мое вино предназначается не для него. 28 сентября. Утром нас повезли на автобусе через Афины в Акрополь. Я умирала от желания опохмелиться. Солнце Гомера палило нещадно. Я представила себе, как буду взбираться на подгибающихся ногах по белым древним камням к храмам в мерцающем зное, и мне стало дурно. "Олег, – слабым голосом попросила я. – Давай выйдем в центре города и что-нибудь выпьем".
Я пришла в себя в уличном кафе после стакана кампари с апельсиновым соком и льдом. Вокруг бурлила современная жизнь огромного делового города из стекла и стали, без намеков на могучее легендарное прошлое. Мы пошли слоняться по улицам, и я тормозила у каждой витрины. Снисходительный Олег привел меня в модный магазин, где нас тут же облепили продавщицы в черной форменной одежде, как мухи, садящиеся на слиток меда. Они верещали в десять голосов и совсем сбили меня с толку. Моему неопытному глазу все казалось красивым. Шустрые девицы натянули на меня Розовый костюм дешевого вида, который к тому же был мне велик. Они тут же заявили, что ушьют его, и всадили в меня Уйму иголок, убирая лишнюю ткань. Я стеснялась сказать, Что мне не нравится эта вещь, но меня выручил Олег. "Не валяй дурака, – спокойно сказал он. – Это совсем тебе не подходит. Лучше взгляни на это". Он показал мне обманчиво Простой пиджак классических линий чистого красного цвета таинственной печатью элегантности. Я примерила его с кроткой черной юбкой, и у меня захватило дух. Он сидел как литой. Это была Моя Вещь. Из зеркала на меня смотрела молодая эффектная дама, соблазнительная и благовоспитанная одновременно.
Далее мне купили маленькие черные трусики, заколки побрякушки, костюмчик моему племяннику. Я рассыпалась в благодарностях, но душу грызла черная мысль: чем же я расплачусь? 3о сентября. Я схожу с ума. Красота и равнодушие моря только подчеркивают накаленность наших отношений. Удушливая атмосфера маленьких ссор обещает бурю.
Олег постоянно ищет моего общества. Он хочет сорвать меня, как розу, и вдохнуть мой аромат.
По утрам я выхожу на палубу, заваленную желе дряблых тел богатых немолодых мужчин. С ними контрастируют гибкие тела красоток в скудных купальниках, с ошпаренным цветом кожи. Я пробираюсь к бассейну, устраиваюсь поудобнее на полотенце, заказываю водку с апельсиновым соком, закрываю глаза и наслаждаюсь жгучими поцелуями солнца. Но вот я чувствую приближение Олега. Сквозь опущенные ресницы я наблюдаю, как он высматривает меня, переступает через тела отдыхающих, наконец лицо его светлеет – увидел. Он подбирается ближе, кладет мне руку на плечо, я делаю вид, что сплю, но он настойчив. Тогда со вздохом покорности я открываю глаза, и его радость приводит меня в раздражение. Страсть выдает его, как колокольчик прокаженного. Ничто так не бесит женщину, как неумолимое постоянство поклонника. Если бы он приволокнулся за какой-нибудь смазливой девицей, во мне проснулся бы азарт охотника и, держу пари сама с собой, я оказалась бы в его постели. Но он не отходит от меня ни на шаг. Если бы не водка, которую я пью с десяти часов утра, жизнь была бы несносной.
Все мы – пленники этого корабля. Нам некуда идти и негде спрятаться, мы обречены терпеть общество друг друга-Единственное мое убежище – крохотная каюта без иллюминатора, с тусклым светом ночника. Я прячусь там от Олега и сижу тихо, как мышка в норке. Намедни он ломился туда после ужина, но я не открыла. Я слышала его ревнивое дыхание у двери и боялась, что он меня учует.
Его ревность имеет основания. Я нравлюсь "корабельным" мужчинам и завела уже три морских романа. Оторванность от земли настраивает на легкомысленный лад. Я люблю по вечерам мечтать, глядя на море, разомлев от южного благоухания, шампанского и разлитой в воздухе чувственности закате море лежит как золотая скатерть, после захода солнца оно похоже на темно-синий бархат, который временами лоснится от движения волн и бледного света лимонной дольник месяца, болтающегося в небе. Страшно представить чудовищ, которые населяют морские недра. Надвигается ночь с ее обещаниями счастья.
Круизы – это пора шалой любви и великолепных приключений. Цветущая мимолетная любовь, звездные узоры, вышитые искусной рукой, волнующая смесь музыки, доносящейся из бара, и лунных лучей, мираж искушений. Трудно нм воспользоваться передышкой морского путешествия, которая освобождает от семейных обязанностей.
Странствия срывают с человека привычную скорлупу. Жены и мужья, отправляющиеся в круизы в одиночестве, обречены на пиратское плавание по волнам запретного увлечения.
