– Не только, – приходится мне согласиться, – ваш Сефеес не единственный, кто додумался скрываться в закрытом Мире.
Мне пришлось явиться на Землю, чтобы завершить свои дела и прогуляться в Мир Наомис, но ведь на Земле наверняка кто-то из магов скрывается. И о своих делах докладывать кому бы то ни было не собираюсь. Тут до меня дошло, что разговор ведётся на русском, пусть и с Айвиш-акцентом с моей стороны. Поэтому придумывать оправдания для двусмысленных конструкций не нужно, а можно просто врать.
– Почему то мне кажется, что в этот раз ваше задание не требует больших затрат времени, более того основным вашим занятием является общение с Катей, – олигарх явно собирается что-то мне предложить и, скорее всего, не поездку на пляж на Гаваях.
– Пока основную работу делают за меня – зачем отрицать очевидное.
Тогда молодой человек, – обращается ко мне олигарх – я могу предложить Вам работу по специальности. С ближайшего стола беру бокал с вином.
– Учтите, что мои расценки начинаются со ста миллионов евро – шипящий акцент Айвиш мне уже поднадоел, но куда деваться.
– И как же в таком случае с Вами расплачивается Катенька?
– Неумный и неуместный вопрос – это уже Катерина влезает в разговор, – между собой мы обходимся без денег.
– Хорошо, – прерывает её олигарх, – Вы можете поставить полог неслышимости. После моего кивка он смотрит на колдуна и дожидается подтверждающего кивка от него.
– Имеется один весьма неприятный субъект, он доставил немало мне неприятностей, а теперь подобрался к фирмам Катерины, я имею в виду Хомяка – это уточнение предназначено Кате. – Хотя основные проблемы с ним сейчас у неё, я готов взять на себя половину расходов, то есть пятьдесят миллионов евро, а о второй половине мне кажется вы легко договоритесь между собой. Что Вам нужно для этого?
– Гарантии и информацию – от Айвиш-акцента у меня уже першит в горле, поэтому стараюсь быть кратким.
– Его слово является гарантией – заявляет Катерина и я кивком с ней соглашаюсь. Всё это напоминает глупую сказку, когда к царю является Иван-дурак и требует в жёны единственную дочь. Что делает сказочный царь? Правильно, поручает тому заведомо невыполнимое задание. Найдите хотя бы одно принципиальное отличие. Я не вижу.
– Информация – продолжает олигарх – видите вон то здание, он показывает на двадцатиэтажный дом, нагло торчащий среди остальных, не дотягивающих и до десяти этажей. Это здание бывшего закрытого НИИ, он его купил и превратил его в крепость, набив охраной. А договориться с ним по хорошему не получается. Колдун пробовал добраться до Хомяка, но не сумел. У него аппартаменты на семнадцатом этаже и оттуда он не выходит. Что Вам нужно – оружие, аванс, люди?
– Поэтажный план здания и фото этого Хомяка. Олигарх поворачивается к стоящему рядом малозаметному человеку, а я выпускаю Пушка, который подлетев к стене противоположного дома быстро левитирует на крышу. Он и так незаметен, а на фоне стены невидим. Мне приносят альбом с фотографиями, из которых отбираю четыре и приклеиваю к подоконнику. Затем телепатирую образ и ауру Пушку. Поэтажного плана и схемы подземных коммуникаций нет, Хомяк первым делом их изъял и ликвидировал людей, которые хорошо знали это здание.
– Терпеть не могу экспромты, – заявляю олигарху, – любая операция должна быть тщательно спланирована, мне нужна хоть какая-нибудь информация о доме. Пусть в конце концов ваш колдун залезет на крышу и просканирует здание, осмотрите дом в бинокли, сделайте хоть что-нибудь, а не стойте столбом. Помощники олигарха покорно уходят в другую комнату, сам он отходит от меня к столу с вином, а колдун лезет на крышу. Мне уже не нужна эта информация, здание мною просканировано и его принципиальная схема у меня в голове. Зато какое-то время они не будут путаться у меня под ногами. Ко мне подходит Катя, она видит, что я в работе, хотя и не понимает каким образом. Поэтому стараясь не мешать, коротко сообщает основное. Соратников у Хомяка не осталось и если с ним что-нибудь случится, то наследники ни на что претендовать не будут. Он тесно связан с криминалом, но и там успел со многими поссориться. Сейчас заперся в своих аппартаментах – боится, что до него доберутся и убьют. Тем временем Пушок, совсем незаметный тёмным вечером, скользил над крышами домов. По моему указанию он выбрал маршрут, ведущий к углу здания, чтобы его было почти невозможно заметить заметить. При этом он поднимался вверх, позволяя мне осматривать дом его глазами.
