– Значит завтра ты будешь изображать находящегося при мне убийцу магов?! – она была в восторге.
– Почему изображать, – возмутился я, – это действительно моя профессия. Более того, если окажется, что этот колдун нарушил какой-нибудь наш закон, то я обязан его убить.
Даже так – Катерина задумалась – это меняет всё дело, а ты с ним справишься?
– Должен.
Она опрокинула меня на кровать и села мне на живот. Потом взяла мою руку, понюхала – рука разумеется пахла ею, и спросила – много ли магов я убил.
– Сейчас посчитаю – и я в самом деле стал считать, но сбился – десятка три наверное, а может и больше.
Она театрально взмахнула руками – и с кем я связалась, думала что ты рядовой сотрудник захудалой фирмы, а оказывается ты матёрый убийца. Она легла на меня и мы начали целоваться, а далее перешли ко всему остальному. Было уже поздно, а она работала весь день и приехала уже уставшей, да и я за сегодня многое сумел сделать. Поэтому во второй раз доставив себе и друг другу удовольствие, мы с чистой совестью уснули.
Утром я как обычно сделал нам завтрак, но мыть посуду пришлось мне – Катерина умчалась по каким-то срочным дела, но обещала скоро вернуться. Я попробовал распросить Пушка о серебрянке, но он умел только чувствовать, а знал пока очень мало. И вообще он хотел спать, тем более что вечером мы пойдём на дело. Он не имел в виду ничего криминального, а просто так выразился. Я занялся доведением новых заклинаний, особенно второго и третьего уровней до предельной отточенности. Что из себя представляет этот колдун, я не знал, и хотя не предполагал ничего серьёзного, но решил собраться и подготовиться. Опыт моих последних противников показал, как опасно недооценивать врага. А у меня не будет времени заранее присмотреться к нему – по нашим костюмам он сразу поймёт с кем имеет дело. И хотя я рассчитывал на относительно мирный разговор, не мешало приготовиться и к худшему.
Катерина появилась в половине первого и сразу заявила, что она жутко голодная. Но когда я двинулся на кухню, она остановила меня и протянула свой подарок – красивую японскую катану, которую вешают на стену. Я не выдержал и рассмеялся, а потом объяснил ей, что это чисто декоративная вещь. Но что нам тогда делать – заволновалась она, – ты же без оружия. Когда мы одни в квартире, то имеем привычку ходить голышом, поэтому она очень удивилась, внезапно появившимуся у меня в руке тридцатисантиметровому стилету из серебрянки. Где ты его прячешь – она осторожно потрогала левие, не веря своим глазам. Напустив лёгкий морок, я спрятал его обратно в бедро и спросил – неужели какой-нибудь маг позволит близко подойти к нему с мечом или с топором. Она начала смеяться – топор тебе точно не к лицу, но я просто не могу представить себе, где можно на голом теле спрятать такой кинжал. Маги этого тоже не могут представить – «утешил» я её, взял катану и повесил на стену – благодарю за подарок. Иди делай обед – она подтолкнула меня, продолжая внимательно осматривать моё тело. Даже не старайся – обернувшись, сказал я ей, – когда он спрятан с рентгеном не найдёшь. Век живи – век учись, заявив это Катарина сняла шубу и начала разбирать свои покупки.
Пообедав, на этот раз она вымыла посуду, мы опять завалились в кровать. Но Катерина не столько занималась сексом, сколько ощупывала моё тело, пытаясь найти стилет. Мне это надоело, поэтому выйдя на середину комнаты, предложил ей его найти. После десятиминутного прощупывания, она сдалась и, не сходя с места, я продемонстрировал ей клинок. На просьбу-требование объяснить ей этот фокус, я заявил, что это профессиональная тайна гильдии, и если посторонний эту тайну узнает, то ему придётся умереть. Стилет я пока положил на стол и на него уселся Пушок – охранять. Мы опять легли в кровать и теперь уже не отвлекались на посторонние игры. Затем выяснилось, что можно пару часов поспать, что и было сделано. Лёжа рядом с ней, я пытался сообразить, что именно меня беспокоит. Колдун меня совершенно не волновал, олигарх и его охрана тоже. Но что-то меня слегка беспокоило. Дождавшись, пока моя подруга уснёт, я ей немного помог и начал сканировать всё подряд. И на её сумочке обнаружил подслушку. Почему то эта в общем-то обыденная вещь возмутила меня до бешенства и через неё был пропущен мощнейший магический импульс. Подслушка сгорела – в последний момент я догадался сдёрнуть её с сумочки, и на том конце этот импульс должен был натворить приличные беды. Это меня сразу успокоило и позволило прикорнуть рядом с Катей.
