– Маргарита предупредит его, чтобы не трогал женщину. Он не сможет её ослушаться.
– Хорошо, – согласился Григорий, – только не сейчас. Отъедем подальше.
Они поехали дальше. Оставив далеко позади последние постройки, путники почувствовали себя в безопасности. Григорий, наконец, смог расслабиться. Он сел на дно повозки, прикоснулся рукой к кольцу. Переговорив с Маргаритой и получив от неё заверение в том, что парень никакого отношения к Ордену не имеет, Григорий позволил усталости взять верх.
– Вот что, ребята, – напоследок попросил он, – не будите меня. И потом мне надо будет хорошо поесть.
После чего улёгся рядом с Викторианом и уснул.
Кто разносит по городам весть о начале войны? Возможно это беженцы, пытающиеся избежать жестокости кровавых боёв. А может это гонцы, спешащие предупредить родных и друзей о надвигающихся событиях. И те и другие выбирают короткие тропы и скачут во весь опор, что конечно намного быстрее, чем повозка, запряжённая усталой лошадью. Путники ехали, стараясь обходить большие населённые пункты как можно дальше. Сначала они избегали только больших городов. Но даже в небольших поселениях, куда они заходили по пути, жители сопровождали их подозрительными взглядами и прислушивались к каждому слову, стараясь понять, не принадлежат ли они к Ордену. Это было неприятно, но основной причиной, из-за чего они начали обходить жильё, стало совсем другое. В одном селении, не успели они пересечь его границу, жители плотным кольцом окружили повозку. Селяне хотели обыскать их, чтобы убедиться, что чужаки не принадлежат к их врагам. Пришлось снова прибегнуть к магической защите и быстро убраться оттуда. Хорошо хоть, никого не ранили. После этого и было принято решение двигаться только по незаселённой местности. Но даже при таком способе путешествия путникам то и дело попадались свидетельства того, что все города и деревни вокруг охвачены пожаром внезапно вспыхнувшей войны.
Благополучно выбравшись из заварухи, друзья ненадолго остановились. Привал длился ровно столько, сколько требовалось для того, чтобы привести повозку в порядок. Дальше, благодаря выбранной ими тактике обходов, они продолжали путь в спокойствии, даже с некоторой монотонностью. Они вели ставший уже привычным дикий образ жизни, добывая пропитание древнейшими методами прадедов. Почти никто не попадался им на пути – слишком опасными кажутся леса, когда идёт борьба с нечистой силой.
Путники без помех достигли гор. На этот раз они не стали подходить близко к лавке-хижине со словоохотливым и наблюдательным хозяином. И нанимать проводника тоже посчитали рискованным. Однажды один такой проводник, на хорошее отношение которого они, казалось, могли положиться, завёл их в ловушку. Что касается караванщиков, на фоне разыгравшихся событий не стоило искушать судьбу, демонстрируя им тело Викториана.
Хочешь, не хочешь, а пересекать горы приходилось самостоятельно. Более того, придётся сторониться хоженых путей. Даже везя Викториана в повозке, они опасались, что его кто-нибудь увидит. А в горах, где повозка пройти не может, придётся его тащить на себе. Спрятать его в таких условиях и подавно не получится. Ну а раз так, друзья, не утруждая себя поиском удобного прохода, без сомнений оставили повозку и разделили поклажу поровну. Единственно над чем пришлось поломать голову – Викториан. Он был достаточно крупным и тяжёлым мужчиной. После короткого обсуждения решено было сделать из подручных средств носилки и надёжно привязать к ним тело. Таким образом они смогут передвигать его даже там, где потребуется совершить трудный спуск или подъём.
Подкрепившись в последний раз и ещё раз проверив, всё ли в порядке, начали трудный переход. Шли, сверяя направление с магическим чутьём Григория. Раньше ему никогда не приходилось делать ничего подобного. Теоретически он знал, как это можно сделать, но до сих пор не выпадало случая попробовать. По-счастью, чутьё срабатывало почти без ошибок. Только раз они где-то свернули не туда и пришлось возвращаться. Тем не менее, проходимость вовсе не подразумевала пути лёгкого и приятного. Это мог быть и узкий карниз по краю бездонного обрыва, и почти отвесная стена, на которую можно взобраться только с большим трудом, используя вместо ступеней небольшие уступы, на которых хватало места разве что для кончиков пальцев. Им не раз приходилось, вскарабкавшись по крутому склону, привязывать верёвку к одному краю носилок и вытягивать свою ношу. Часто им негде и не из чего было развести костёр, и тогда они ели вяленое мясо и сухари, запивая водой из фляжки, экономя каждый глоток, так как пополнить запасы в горах бывает очень трудно. Но, несмотря ни на что, путники постепенно продвигались всё дальше. И настал день, когда крутые склоны закончились.
Трудно передать радость, охватывающую путников, достигших, наконец, желанного предела, вопреки всем трудностям. Лес, встретивший их у подножия гор, показался им райским уголком. Ручеёк, полутень, прохлада, что ещё может пожелать усталый путник, преодолевший почти непроходимую часть пути?
