Островитяне, скрытно следовавшие за отрядом, ждали удобного случая, чтобы попытаться отбить пленников. Появление дракона отвлекло на себя внимание адептов. Более удобного случая могло и не представиться. Однако адепты недаром мнили себя лучшими бойцами. Они скоро опомнились. Да, они были высокомерны и самоуверенны, но отнюдь не трусливы. И лучше вооружены. Первые же выстрелы вновь изменили ситуацию в невыгодную для островитян сторону. Тем не менее, даже вынужденные отступить и использовать для защиты природные укрытия, они продолжали бой. У адептов ружья, зато они почти не видели островитян, скрытых в густых зарослях. Местные пользовались примитивными метательными снарядами, но меткость их была намного выше, благодаря тому, что их противники располагались на открытом месте. Пленники, разумеется, не остались в стороне. Даже Всемила вступила врукопашную. Железные браслеты лишали магической силы, зато удары, нанесённые ими, оказывались более разрушительными, чем удары голыми руками. Иосиф, стараясь держаться края, ползком подобрался к одному из убитых адептов, вытащил из-за пояса его нож и вернулся к Петро. Они помогли друг другу разрезать верёвки и поспешили на помощь островитянам. А дракон тем временем бушевал в море. Пули не пробивали его чешую. Люди, никогда не видевшие драконов, ничего не могли противопоставить ему. Будь у них время, они, вероятно, придумали бы что-нибудь, но времени не было. Несколько ударов крыльями и хвостом – и лодки разбиты в щепы. Оказавшись в воде, адепты больше не помышляли о драке. Каждый из них спасал свою жизнь, пытаясь вплавь добраться до берега или удержаться на поверхности, ухватившись за один из обломков плававших вокруг во множестве. Бойцы Викториана, ожидавшие на кораблях, видя всё это, не остались в стороне. Они со всей возможной скоростью приближались к дракону, на ходу заряжая пушки. Грянули выстрелы. Над бортами поднялись облака порохового дыма. Тяжёлые ядра врезались в шею и тело дракона. Расстояние было небольшим, и ни один заряд не мог пролететь мимо такой большой цели. Ядра причинили дракону боль, но всё-таки ни одно из них не пробило пластин его чешуи. Дракон взревел и взметнулся высоко над водой. На кораблях заволновались. Выстрелить ещё раз нечего и думать. Море ходило ходуном, как в самый жестокий шторм. Опытные матросы только с большим трудом удерживали равновесие на палубе. И всё-таки адепты сохранили достаточно присутствия духа, чтобы попытаться спастись, отойдя подальше. Но это им не удалось. Дракон ринулся к кораблям и стал уверенно и неумолимо крушить их. Все, кто ещё оставался в живых, прыгали в воду и пытались найти спасение на берегу. Там, где на пляже продолжался бой. Островитяне, благодаря советам Петро и боевому опыту Иосифа, разработали стратегию, позволявшую им сражаться с адептами почти на равных. У Петро даже нашлось время с помощью своего мастерства освободить Всемилу от оков. После этого она решила, что есть дело, которое она способна выполнить лучше, чем драться на кулаках. Магическая сила вернулась и юная волшебница использовала её, чтобы залечивать не смертельные раны. И всё-таки для тех, кто спасался из воды, разгневанные островитяне были предпочтительнее разбушевавшегося дракона.
Во всеобщей свалке никто не обратил внимания на человека, который упорно пробивался к берегу, безжалостно нанося удары тем, кто мешал его продвижению, и своим, и чужим. Он оставался на корабле до последнего, пока на нём ещё можно было стоять. Но как только корабль начал уходить под воду сразу покинул его. Он понимал: как бы сильны ни были адепты Ордена, исход боя может быть только один: тех, кого не погубит дракон, добьют островитяне. Они миролюбивы и, возможно, не причинят зла своим пленникам, но это после. А сейчас они слишком захвачены воинственным пылом, чтобы быть милосердными. Покрытый кровью столько же, как и водой, он достиг наконец суши и сразу постарался скрыться в прибрежных кустах. Позволив себе короткий отдых, он пополз по большой дуге, с таким расчётом, чтобы оказаться за спиной у островитян. Это был незнакомец, ожидавший путешественников в храме. Тогда сила была на его стороне. Но сейчас ему оставалось только одно: думать о том, как выжить.
Викториан не зря выбрал именно его, чтобы возглавить эту операцию. Он быстро принимал решение, и обычно оно оказывалось самым эффективным из всех возможных. Вот и сейчас он хотел не просто отсидеться в кустах, ожидая окончания боя и надеясь потом как-нибудь потихоньку убраться с острова. Маловероятно, что у него это получилось бы. И в то же время понимал, что, даже вступив в бой, он не изменит его исхода. Он хотел исчезнуть отсюда быстро и надёжно, а для этого ему требовалась жертва. Опытным взглядом он безошибочно выбрал того, кто подходил для этого.
Незнакомец бесшумно двигался к своей цели. Юноша, ни разу ещё не ходивший на охоту самостоятельно, так как был слишком молод, ничего не заподозрил до тех пор пока не почувствовал, как натренированная рука сдавила его горло.
