Её привели в большую палатку. Лизы здесь уже не было. Изменилась и обстановка. Спальное место убрано. Вообще убрано всё, кроме массивного стула, стоящего посередине. К этому стулу её и привязали. А затем вышли, оставив их с временным своим начальником наедине. Он, повернувшись к ней спиной, что-то делал у одной из стенок палатки. Пряча страх, Маргарита рискнула его окликнуть:
– Эй, как тебя хоть звать-то?
– Зачем тебе? – грубо спросил он не оборачиваясь.
Маргарита могла бы поклясться, что медлит он не потому, что того требовало дело. Она была уверена, что так он прячет слёзы.
– Да, в общем, ни зачем, – мягко проговорила она. – Но, знаешь, я не слишком хорошо её знала. Я не понимаю, за что она ненавидела меня настолько, чтобы убить. Только ты теперь можешь это мне объяснить, а я даже не знаю, как тебя зовут.
– Хочешь потянуть время? Давай, я не против. Торопиться мне некуда, а разговоры ничего не изменят.
– Тогда расскажи мне, как получилось, что она стала твоей Госпожой.
Наёмник ожёг её взглядом.
– Я жил в лесу. Я и ещё несколько ребят. Мы устраивали засады на дорогах и отнимали у прохожих деньги. – Он усмехнулся, глянув на невозмутимое лицо пленницы. – Да, я был бандитом. Я был главарём. И у меня была банда. Ребята подчинялись мне беспрекословно. Мы наводили ужас на всю округу. Однажды на нас набрела женщина. Она была достаточно красива, чтобы я обратил на неё внимание. Мне тогда это показалось странным, но она не испугалась и, кажется, ничего не имела против моего общества. Постепенно я начал понимать, что она была бы для меня идеальной женой. Бесстрашная, мудрая, красивая, холодная ко всем, кроме меня. Другой такой не найти, сколько ни ищи. А потом я узнал, что она к тому же ещё и колдунья. Многие люди боятся колдунов. А я был рад: для нас это – дополнительная возможность получить больше денег. Однажды она рассказала мне всё: что её предал брат, соблазнённый девицей, случайно оказавшейся в их доме, что ему помогал слуга, который в неё влюбился и обозлился за то, что она не ответила ему взаимностью.
– Она обманула тебя, – прервала его исповедь Маргарита. – Григорий действительно её брат. Но он не предавал её. Он не причинил ей ни малейшего вреда, даже когда она попыталась убить его.
– Пусть так, – не стал возражать он. – Я и сам не ангел.
– Боюсь, дело тут не совсем чисто. До того, как встретиться с тобой, она опаивала мужчин зельем, и они готовы были безоговорочно пожертвовать жизнью, повинуясь её мимолётному капризу. Возможно, то же она проделала и с тобой. Иначе никак объяснить такое твоё упрямство я не могу.
Она надеялась, что он, как и прочие, захочет освободиться от наваждения. Но даже если Лиза и в самом деле использовала зелье, этот человек не имел ничего против. Должно быть эта любовь, каково бы ни было её происхождение, заполняла пустоту в его душе и давала оправдание его бесцельной жизни.
– Не надо ничего объяснять. – Наёмник приблизился к ней, склонился к её лицу.– Она хотела этого, и я это сделаю. Но прежде… – Он придвинулся ещё немного. – Скажи, дорогая, а ты ещё девственница?
Маргарита с нескрываемым удивлением посмотрела на него. Он, верно истолковав её взгляд, почти дружески пояснил:
– Пойми меня правильно, не то чтобы я хотел этого – ты ведь всё же не Лиза – но я обещал как можно больше разнообразия своим пленникам. Тебе это понравится, как полагаешь?
– Лучше бы тебе не делать этого.
Его лицо снова оказалось очень близко, так близко, что Маргарита невольно попыталась отодвинуться. Он усмехнулся.
– Ты знаешь, – зловещим шёпотом проговорил он. – Я рад был бы сделать с тобой много всякого. Но мне приказано предложить тебе кое-что.
– Приказано? Кем приказано?
– Главой Ордена, разумеется. Лиза рассказала мне, что в тот день, когда брат предал её, к ней подошёл некий незнакомец. Он рассказал ей много интересного и научил кое-чему. Орден даёт людям большую власть. Эпидемия в городе Лашинок тому доказательство. Я и сам приобщился к неким таинствам. И когда Лиза погибла я услышал голос.
– И ты уверен, что это Глава?
– Конечно. Любой адепт Ордена всегда узнает своего Главу.
– И что же он от меня хочет?
– Чтобы ты стала одной из нас, – пожав плечами ответил наёмник.
– Что я должна делать?
– Убить меня, только и всего. Это будет жертвой, которую примет кто-то из демонов. Больше ничего.
– И ты согласишься на это? На то, чтобы я убила тебя?
Он усмехнулся.
– Почему нет? Это будет гораздо лучше того, что мог бы с тобой сделать я. Ты будешь убивать каждый раз, когда захочешь получить что-либо, и это заставит тебя страдать. Правильно я говорю? Эти твои друзья отвернутся от тебя. Я даже оставлю их в живых ради такого случая. Но главное…Ты сделаешь то же, что и Лиза. Ты не сможешь больше осуждать её, ты будешь знать, что ты ничем не лучше её. Для тебя с твоей заносчивостью это будет худшим наказанием, не правда ли? И за всё за это ты получишь только одно – перспективу страдать после смерти ещё больше.
– А ты сам? Тебя такая перспектива не пугает?
