- Го-го-го.., - покатилось эхо куда-то вглубь и снова вернулось, - Го-го-го...
- Я боюсь, - шепнула Маринка.
- Юсь-юсь-юсь, - отозвалось со всех сторон.
- Пошли, пошли, - заторопила их Да.
- Шли-шли-шшш, - угрожающе зашипело из глубины.
- Гостей сюда! - вдруг раздался грохочущий голос.
Да ускорила шаги и по ставшему совершенно пустым коридору вывела группу в аудиторию, такую же большую, как и площадь, и видом напоминающую цирк или стадион. Скамьи, заполненные людьми, бежали вверх и исчезали где-то в темной вышине. Весь стадион гудел, как огромный пчелиный рой.
При входе путешественников остановили три человека, стоявшие облокотясь на закрытый шлагбаум.
- Иностранная делегация, - объяснила им Да.
- Тогда вам на сцену, - сказал один из трех.
- Не почетная.
Кот фыркнул.
- Тогда идите туда, - человек махнул рукой в непонятном направлении, хотя Да, видимо, его поняла, так как она уверенно двинулась под поднятый для них шлагбаум. По пути им всем были сунуты голубые бумажные пакеты, с которых глядело улыбающееся лицо Великого Уха.
- Что это? - спросила Маринка.
- Торжественный ужин, - ответила Да, увлекая их на отведенные им места.
- Как?! - возмутился Кот. - Это -- торжественный ужин?!
- А что? - Да вонзила в Кота стальной взгляд. - После приветствия делегации мы все останемся на своих местах и вместе поужинаем.
- Пакет пахнет картошкой! - мяукнул Кот.
- Он пахнет праздником, - категорично заявила Да.
На арене, между тем, было оживленно. Сначала там появился стол, покрытый зеленой скатертью. За столом прибыли кресла, приготовившие свои деревянные объятия таинственной почетной делегации. И за креслами на арену под музыку вышли несколько человек в ярко-синих костюмах. Но, как выяснелось, это еще не была почетная делегация. Люди в синем расселись, оставив три кресла в середине пустыми.
Снова зазвучала музыка. Люди в креслах захлопали. Стадион воспринял хлопки как сигнал, и все тоже захлопали. На арену вышли еще двое, которые уселись в пустующие кресла, опять оставив пустым кресло посредине.
Маринка недоверчиво открыла рот.
- Грррандиозно! - сказал вместо нее Попугай.
Кот, нарушая все биологические и зоологические законы, захохотал.
На арене за почетным столом сидели Его Высочество, ставший еще тоньше и мрачнее, чем раньше, и, конечно, Матильда, которая на этот раз выглядела востроносой дамой не совсем понятного возраста с совсем непонятным украшением, которое покоилось на ее груди на голубой ленте. Приглядевшись внимательнее, Маринка узнала в украшении сломанную яичную скорлупу. Орден Выеденного Яйца оказался очень непрочным.
С крайнего кресла поднялся человек в синем и сказал:
- Представляю вам почетных иностранных гостей: главу Города 6 -- Его Высочество (Высочество встал и поклонился) и Министра Иностранных Дел, Кавалера Ордена Выеденного Яйца...
- А что такое яйцо? - растерянно спросила Да Кота.
- Это куриное дитё.
- А что такое куриное?
Кот безнадежно махнул лапой и шикнул на Да, чтобы она не мешала слушать.
Матильда, шурша голубым шелком, встала.
- Городчане!
Стадион зашевелился и снова затих.
- Я в восторге от ваших великих достижений, вашей жизни... Идеи Великого Уха глубоко проникли мне в сердце.., - Матильда пошарила у себя на груди, отыскивая сердце.
- Мысленно я навсегда останусь с вами, и во мне вечно будет жить незабываемый образ Великого Уха. В память о нашей встрече я хочу сделать вам подарок.., - она махнула рукой, и двое людей в голубых комбинезонах вывели на арену на поводке Бульдога.
Увидев переполненный стадион и стоящую на арене Матильду, Бульдог рявкнул и, вырвавшись из рук ведущих, волоча за собой поводок, бросился к Матильде. Его освобождение привело ее в явное смущение. Она сделала движение, будто хотела избежать предстоящего дружеского приветствия, но Бульдог, оттолкнув ее в сторону, вскочил на свободное кресло, в котором, как предполагалось, восседал дух Великого Уха. Не совсем удовлетворенный своим завоеванием, Бульдог, встав в кресле на задние лапы, передние водрузил на зеленую скатерть и, подняв слюнявую морду, зарычал. По стадиону пронеслось что-то среднее между "А-ах!" и глубоким вздохом. Затем раздался гортанный вопль:
- Потрррясающе!
- Тсс! - шепнула Маринка Попугаю.
Люди в голубом, приведшие Бульдога, подбежали к креслу и, ухватившись за поводок, попытались стащить Бульдога с кресла, но это оказалось непростым делом. Бульдог тряс головой, разбрызгивая слюну, упирался всеми четырьмя лапами и угрожающе рычал. Его не удавалось сдвинуть даже на сантиметр.
К людям, тащившим Бульдога, подоспела помощь. Но как только тот почувствовал, что силы неравные, он мертвой хваткой вцепился в скатерть. Когда упирающегося воющего Бульдога вместе со скатертью утащили с арены, на стадионе наступило натянутое молчание. Из-за обнаженного, со шрамами старых царапин стола, растерянно глядел президиум. Даже порозовевшая Матильда выглядела непривычно смущенной.
Из-за стола поднялся Его Высочество.
- Городчане!
Все облегченно вздохнули и стали слушать.
