Они тут же увидела источник удивительного аромата. Это был цветок чем-то похожий на клевер, но странного золотистого цвета. Размером этот цветок был, наверное, с ладонь, помещался на длинном гибком и упругом стебле, который постоянно сгибался под его весом, но тут же выпрямлялся снова, от чего казалось, что цветок всё время кому-то кивает. Вот он кивнул в сторону Они, и у козочки буквально закружилась голова от пьянящего аромата, а рот наполнился слюною, словно она была по-прежнему голодна. Радостно вскинувшись, козочка устремилась к необыкновенному цветку, чтобы узнать, так ли он хорош на вкус, как великолепен его запах!
– Нет, нет! Не делай этого! – раздался вдруг рядом чей-то смеющийся голос. – Золотая мухоловка несъедобна, поверь мне!
Они остановилась, и второй раз за сегодня подумала, что видит перед собой знакомого, который зачем-то переоделся. И второй раз за сегодня она поняла, что ошиблась.
У них было действительно много общего во внешнем облике, а Андрей теперь был похож на них обоих. Только глаза лётчика не светились ни язвительным лукавым умом одного, ни доброй глубокой мудростью другого.
Человек, стоявший перед Они, был одет в длинные ниспадающие одежды и держал в руках посох. Волосы у него тоже были длинные светло русые, и такая же длинная борода. Он был высокий и худой, с выразительным худым лицом, на котором светились серо-голубые глаза. Глядя на Они, человек улыбался с искренней приветливостью, с любопытством разглядывая при этом необычную козочку.
– Пусть тебя не обманывает приятный аромат этого растения, – заговорил новый незнакомец, уверенный, что коза его понимает. – Золотая мухоловка полна яда, напоминающего на вкус патоку. Очень привлекательно, пока мухи не облепят, а это случается быстро. Менее чем за час этот цветок станет чёрным от прилипших к нему насекомых, и тогда он опустится туда, откуда поднялся. Там под землёй имеется мягкий мешок, вроде желудка. В нём переварятся и мухи, и сам цветок. Потом от этого «желудка» протянутся под землёй длинные тонкие нити, и у каждой на конце будет крошечный узелок. Со временем этот узелок вырастет и превратится в клубень полый внутри. В этой полости зародится и разовьётся вот такой же золотистый шар, наполненный медвяным нектаром, ядовитым настолько, что он убивает жертву, едва та коснётся его поверхности.
– Значит, если бы я его лизнула или надкусила, то сейчас была бы мертва? – воскликнула ошеломлённая Они.
– Нет, нет! – рассмеялся незнакомец. – Ты же не муха. Даже съев этот цветок целиком, ты получила бы не смертельную дозу яда, но он наделал бы тебе проблем очень нехорошего свойства. Это можно пережить, тем более что противоядием к яду, содержащемуся в цветке золотистой мухоловки, является простая вода. Но её-то как раз очень трудно достать в пустыне, а если нет возможности напиться вовремя, то через день или два можно умереть от обезвоживания, ведь отравленный желудок воду теперь не удержит.
Они вздрогнула.
– Какая ужасная тварь! – проговорила она, неприязненно глядя на золотистую мухоловку, к которой уже прилипло несколько мух.
– Ужасная и прекрасная одновременно, – поправил её незнакомец. – Среди живых существ нет совершенно ужасных творений, как нет и таких, которые были бы прекрасны с точки зрения всех остальных. Скажем, белый голубь – символ мира и доброты. Но это лишь с точки зрения человека. А как ты думаешь, что про него сказали бы те же мошки?
– Что он чудовище! – рассмеялась Они. – Да, я это понимаю и знаю о том, что такое пищевая цепочка… Ой, а вас не удивляет, что коза рассуждает о таких вещах и вообще разговаривает?
– Я знаю, кто ты на самом деле, – ласково ответил незнакомец. – Но ты меня удивляешь, ведь ты удивительное существо, Они! Андрей мне про тебя рассказывал.
– Значит вы Эммануил? – спросила Они, в памяти которой всплыли обрывки монолога, который произнёс перед ней пилот, едва они вступили в этот мир.
– Да, это моё имя, – подтвердил её новый знакомый. – Одно из имён, которыми меня наделили люди. Но я вижу, что ты хочешь пить. Пойдём, я отведу тебя к колодцу, за которым присматривает одна добрая женщина. Она даст нам воды.
– Вот здорово! – обрадовалась девушка. – А это ничего, что я немножечко коза?
